Linkuri accesibilitate

«Самое верное — обнулить штрафы». Как принуждали к карантину в России (ВИДЕО)


Москва, женщина показывает QR-код для поездки на транспорте полицейскому, 17 апреля 2020 года

Самарский врач Геннадий Куропаткин ехал в больницу к пациенту, у которого неожиданно началось кровотечение. Его остановили полицейские и оштрафовали за нарушение "режима самоизоляции". Житель краснодарского края Владимир Бублик вышел погулять с ребенком-аутистом – полиция скрутила его и бросила мальчика одного на детской площадке. Таких историй в России за последние два месяца были десятки: с приходом коронавируса в Россию российские правоохранительные органы с утроенным рвением бросились задерживать и штрафовать людей за нарушения введенных ограничительных мер. Правозащитный проект "Апология протеста" решил подвести итоги карантина в России и выяснил, что за время его действия россиян успели оштрафовать в общей сложности почти на миллиард рублей.

За время пандемии коронавируса в российский Кодекс об административных правонарушениях было добавлено сразу две новых статьи, которые власти стали активно использовать для наказания нарушителей карантина: части 2 и 3 статьи 6.3 ("Нарушение законодательства в области обеспечения санитарно-эпидемиологического благополучия населения") и статья 20.6.1 ("Невыполнение правил поведения при введении режима повышенной готовности на территории, на которой существует угроза возникновения чрезвычайной ситуации, или в зоне чрезвычайной ситуации"). Общее число выписанных на их основании штрафов, как подсчитали правозащитники, вплотную приближается к 400 тысячам. Рассмотрение таких дел превратилось в самый настоящий конвейер: например, 14 мая в Ставрополе только один суд рассмотрел 215 таких дел, потратив на каждое лишь несколько минут. Сами нарушители чаще всего даже не вызывались в суд, а о штрафах узнавали из уведомлений на сайте "Госуслуги".

По мнению юристов "Апологии протеста", это является грубым нарушением права на справедливое судебное разбирательство – как и суды по вотсапу или скайпу, которые вошли в повседневную практику с приходом коронавируса в Россию. Помимо этого правозащитники констатируют, что "режим самоизоляции" стал поводом для преследования оппозиционных активистов и фактически сделал незаконными одиночные пикеты – единственную форму протеста в России, не требующую согласования с властями.

Совет по правам человека при президенте России попросил московские власти отменить все штрафы за нарушение карантина, но власти отказались это делать. Юрист "Апологии протеста" Анна Бочило призывает обжаловать такие штрафы и считает, что в стране должна быть объявлена полномасштабная амнистия для наказанных по новым статьям административного кодекса, а Следственный комитет должен заняться проверкой случаев применения насилия к нарушителям "режима самоизоляции" со стороны полицейских.

– Ваш доклад называется "Принуждение к карантину". В каком-то смысле карантин был принуждением во всех странах, где он вводился, и штрафовали за его нарушение не только в России, но и в Италии, во Франции, в других странах мира. Что не так в случае с Россией?

– Не так с этим принуждением то, что не был соблюден баланс между ограничениями, которые являются адекватной реакцией на пандемию для защиты здоровья населения, и защитой прав людей. Вместо достижения этого баланса государство традиционно выбрало репрессивные практики, выбрало принуждение.

– Какие именно нарушения бросаются в глаза в первую очередь при анализе судебной практики за последние два месяца?

– В первую очередь бросается в глаза огромное количество дел по административным правонарушениям. В частности, по новой статье, по части 1 статьи 20.6.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях. Это почти 400 тысяч дел, это огромная цифра. Бросаются в глаза лидеры в этом "конвейере штрафов": это Татарстан и Краснодарский край, где 78,5 тысячи дел было направлено в суды. Бросается в глаза то, что не были соблюдены судебные процедуры, то есть судебный конвейер поддержал все это рвение властей, и сотни дел порой рассматривались за один день. Бросается в глаза в целом явно избыточное реагирование, включая уголовные дела. Карантинные статьи стали заменой и дополнением статьи за нарушения на митингах, когда нарушение статьи о самоизоляции стало поводом для задержания и преследования гражданских и политических активистов, которые угрозы никому не представляли, но их задерживали и привлекали к ответственности за нарушение именно карантинных статей. Ну, и, собственно, количество, сумма штрафов по всем карантинным статьям: по нашим подсчетам это практически один миллиард рублей.

– Какой был средний размер штрафа для человека, который попадал в жернова этой системы? На какую сумму приходилось раскошеливаться?

– По статье 20.6.1, по нашим подсчетам, медианный штраф – это тысяча рублей. По статье 6.3 Кодекса об административных правонарушениях – это 15 тысяч рублей. Если говорить о штрафах по статьям региональных кодексов об административных правонарушениях, то, например, в Москве и Санкт-Петербурге средний штраф составлял 4 тысячи рублей.

– Одним из первых громких дел, связанных с нарушением карантина, стало задержание 5 апреля на Чистых прудах в Москве человека по имени Иисус Воробьев, и с тех пор не прошло ни одного дня, чтобы из какого-нибудь российского региона не приходили новости о жестких действиях полиции в отношении нарушителей – самых обычных людей, которые имели неосторожность выйти из дома без маски или погулять на детской площадке. Их жестко скручивали, за ними впятером гонялись патрульные, есть множество таких видео. Как вы в целом можете оценить действия полиции по предотвращению случаев нарушения "режима самоизоляции"? Были ли они оправданы эпидемиологической ситуацией? Проявилась ли здесь каким-то образом пресловутая "палочная система"?

– Безусловно, "палочная система" во многих регионах была в действии, в докладе мы приводим примеры, которые попадали в средства массовой информации. Что касается полицейского произвола – реакция правоохранительных органов на нарушение карантина колебалась от каких-то малозначительных поводов для составления протокола до сомнительных задержаний и даже насилия по отношению к предполагаемым нарушителям. Любое применение силы всегда должно быть исключением, и очевидно, что ни один из примеров ее применения, которые мы видим, таким исключением не является. Репрессивные практики порочны, они и другие формы полицейского произвола порождают, в частности, те же уголовные дела, которые возникают. При этом данные о количестве штрафов и количестве зараженных не коррелируют между собой. Мы не видим связи между активностью наказания граждан в том или ином регионе и динамикой распространения вируса там.

– Были ли какие-то примеры действий полиции, которые вам запомнились больше других? На ум приходит история москвички Ирины Карабулатовой, которая получила два штрафа за нарушение самоизоляции, хотя год уже как прикована к кровати и не может ходить.

– Такими примерами, по сути, являются все случаи полицейского произвола. Это случаи "конвейерного" рассмотрения дел судами, когда дело рассматривается без присутствия человека, он просто приходил в суд, и ему охранник выдавал постановление о том, что нужно отплатить штраф. Когда детей оставляли на улице одних, а родителей задерживали, для того чтобы выписать штраф за нарушение самоизоляции. Когда человек ехал без маски в автобусе, и его выволакивали из автобуса. Абсолютно формальные поводы для составления протоколов.

– Были ли примеры успешного оспаривания таких штрафов?

– Были. Например, в практике наших адвокатов в Санкт-Петербурге был случай, когда участницу волонтерского движения, которая проходила через парк, оштрафовали за нарушение карантина, и ей потом удалось оспорить штраф. Есть такие случаи, но их не так много.

– Практически во всех странах, где вводился карантин, под его действие не подпадали некоторые категории граждан – спасатели, полицейские, пожарные, врачи. Были ли в России зафиксированы случаи, когда штрафы и наказания за нарушение карантина применялись к этим категориям людей?

– Да. Например, в Самарской области был случай, когда мужчина, врач, ехал оказывать помощь человеку после операции, его остановили сотрудники полиции, он объяснил, что он едет оказывать помощь, потому что у человека кровотечение, нужна очень срочно помощь, и на него практически 40 минут составляли протокол за нарушение режима. Потом, правда, этот штраф отменили.

– Что же теперь делать со всеми этими штрафами на миллиард рублей? Многие из них уже заплачены, кто-то пока не платил и ждет, надеется, что государство эти штрафы отменит. Власти говорят, что они не будут отменять все штрафы, а будут рассматривать каждый отдельно, хотя и признают, что были какие-то сбои в работе системы. Что бы вы посоветовали людям, которые имеют сейчас неоплаченный штраф за нарушение самоизоляции и ждут, что делать дальше?

– Мы прежде всего рекомендуем обжаловать эти штрафы. А властям мы рекомендуем обнулить их и декриминализировать, если так можно сказать, эти "карантинные" статьи. Свою превентивную функцию они уже исчерпали. Поскольку большинство ограничений уже снято, в них больше нет необходимости, – говорит автор доклада "Принуждение к карантину" Анна Бочило.

Правозащитники рекомендуют властям не только проверить все случаи применения силы полицейскими к нарушителям карантина и законность выписанных штрафов, но и пересмотреть практику рассмотрения административных дел без участия лица, в отношении которого ведется судопроизводство, а также законность использования системы слежения "Социальный мониторинг", которая стала причиной выписки тысяч ошибочных штрафов. Несмотря на то что в Москве карантин был фактически снят еще 9 июня, многие российские регионы пока не торопятся отменять ограничительные меры – хотя средства от штрафов идут не в региональный, а в федеральный бюджет.

Немаловажно и то, отмечается в исследовании "Апологии протеста", что все описанные выше репрессивные практики на самом деле ведут лишь к ухудшению эпидемиологической ситуации в стране:

"Очевидно, что полицейские и судебные конвейеры по штампованию штрафов в условиях бедственной экономической ситуации, а также репрессивные практики в период сложной эпидемиологической ситуации никак не снижают риски распространения Covid-19, а наоборот, только усугубляют ситуацию, подвергая риску заражения еще большее количество людей, в том числе задерживаемых участников протестов. Мораторий на права человека, в том числе на свободу выражения мнения, и нетерпимость к протестным акциям в любой форме – перманентный признак политического режима в России в любое время. Символично, что именно протесты в итоге de facto и завершили карантин в стране. Всего более 100 активистов последовательно вставали с одиночным пикетом у главного здания полиции в Москве, в Петербурге и других городах. Их акции, задержание и суды отодвинули на второй план надоевшую за три месяца и журналистам, и публике тему коронавируса. Они открыли новый протестный сезон в Москве и в целом по стране, показывая тем самым, что ограничения гражданских свобод пора снимать", – говорится в заключении доклада.

Vezi comentarii

XS
SM
MD
LG