Linkuri accesibilitate

Дмитрий Муратов: «Это будет защитой и для газеты, и для других СМИ»


Дмитрий Муратов получил Нобелевскую премию мира. Кто он такой и за что его наградили?
Așteptați

Nici o sursă media

0:00 0:05:14 0:00

Дмитрий Муратов получил Нобелевскую премию мира. Кто он такой и за что его наградили?

Нобелевский комитет в Осло присудил премию мира главному редактору российского независимого издания "Новая газета" Дмитрию Муратову и филиппинской журналистке Марии Рессе, возглавляющей оппозиционный сайт Rappler. Журналистов наградили "за их усилия по защите свободы выражения мнений, которая является предпосылкой демократии и прочного мира". Среди номинантов на премию мира были находящийся в тюрьме российский оппозиционер Алексей Навальный и лидер протестов в Беларуси Светлана Тихановская.

Дмитрий Муратов – один из основателей "Новой газеты", которая занимается журналистскими расследованиями и репортажами. На премию мира Муратова номинировал бывший президент СССР и акционер издания Михаил Горбачев.

Пресс-конференцию Дмитрия Муратова смотрите в прямом эфире Настоящего Времени:

Настоящее Время поговорило с политологами и журналистами о том, почему премию присудили именно журналистам и почему Нобелевская премия мира считается одной из самых спорных.

Татьяна Ворожейкина, политолог ИМЭМО РАН: "Премия послужит щитом для газеты, которая успешно сопротивляется уже почти 30 лет"

Ворожейкина: "Премия послужит щитом для газеты, которая успешно сопротивляется уже почти 30 лет"
Așteptați

Nici o sursă media

0:00 0:08:46 0:00

— На ваш взгляд, что помогло Дмитрию Муратову победить и насколько это стало неожиданно?

— Я от всей души рада этой новости. За последнее время хороших новостей просто нет, и это действительно большое дело. Я думаю, что Дмитрий Муратов, как никто другой, заслуживает эту награду в нашей стране. Мне трудно сравнивать, но в нашей стране, я думаю, это совершенно заслуженная награда человеку, который почти 30 лет возглавляет совершенно уникальное средство массовой информации, "Новую газету", отстаивающую свободу слова, права человека, проводящую расследования в отношении властных структур, в отношении криминальных структур. Расследования, которые помогали менять мир, расследования, которые давали надежду очень многим людям.

Этот фильм, который сейчас был показан (фильм о расследовании убийства журналистки "Новой газеты" Анны Политковской — НВ), это, конечно, потрясающая вещь. Так получилось, что я его посмотрела вчера и сегодня утром написала Муратову о своих впечатлениях, не зная, конечно, что он получит Нобелевскую премию. Для меня это совершенно неожиданная вещь, потому что в числе тех кандидатов, которые конкурировали на нее, я, во всяком случае, его фамилию не видела.

Я знаю Муратова довольно давно. Я автор "Новой газеты", и это большая честь для меня, что уже лет 20 эта газета печатает мои тексты на разные темы. Я думаю, что это очень важно для самого Муратова. Я думаю, что это потрясающе важно для газеты, которая осталась одним из немногих свободных средств массовой информации, отстаивающих интересы людей в стране, не боящихся противостоять властным и криминальным структурам. Это очень важно именно в настоящий момент, потому что то давление, которое в последние годы, и в особенности в последний год, оказывается на средства массовой информации, оно даже в нашей стране, которая все видала, просто беспрецедентно.

И я думаю, что это будет служить защитой и для газеты, и для других средств массовой информации, которые работают по аналогичным направлениям. И, что очень важно, будет служить защитой для тех журналистов "Новой газеты", о которых вчера в этом фильме Муратов выражал такую обеспокоенность. В частности, Елене Милашиной (Милашина пишет о происходящем в Чечне – НВ), которая действительно, рискуя жизнью, продолжает делать то, что делала Анна Политковская.

Я от всей души поздравляю Диму с этой наградой. Это действительно нечаянная радость, но мне легко и приятно говорить об этом, потому что мало о ком я могу с такой легкостью и радостью говорить как о совершенно заслужившем эту премию человеке.

— В эти секунды появилась первая реакция Дмитрия Муратова на эту премию. И он говорит, что Нобелевская премия мира – это не его заслуга, а заслуга погибших за свободу слова коллег-журналистов. Вы согласны с этим?

— Да, конечно, я с этим согласна, потому что в газете работали великие журналисты: Щекочихин, Политковская. И, конечно, я думаю, что это их заслуга и Муратов прав. Но я думаю, что это и его заслуга, потому что я даже не могу себе представить, какие усилия, какие компромиссы, какие душевные силы должен тратить главный редактор такой газеты, чтобы защищать своих сотрудников.

Он вчера в этом фильме говорит о том, что он пытался запретить Политковской ездить в Чечню. И был страшный разговор у них – он об этом говорил, – и она все-таки уехала во время его отпуска, и он, как видно из этого фильма, до сих пор чувствует себя виноватым. Я думаю, что он говорит об этом вполне искренне. Но я думаю, что это и его заслуга, потому что, повторюсь, я не могу себе представить, поскольку я вольный стрелок, на какие компромиссы, что должен с собой сделать человек, чтобы почти 30 лет удерживать газету во все более ухудшающейся ситуации.

— Как вы думаете, в современной России не опасно ли журналистам в принципе получать такого масштаба премию?

— Надеюсь, что нет. Хотя в последнее время наша власть показывает, что ей абсолютно на все наплевать, что она на все готова, но все-таки Нобелевская премия мира – это исключительная вещь, и я очень надеюсь, что и Муратову, и журналистам "Новой газеты" она послужит щитом в их исключительно благородной деятельности ради всех нас.

— Как вы думаете, почему в этом году вручили премию именно журналистам?

— Хотя я не знакома с работами филиппинской журналистки, которая также получила премию, но я думаю, что это связано со все более ухудшающимися условиями работы журналистов в очень многих странах мира: в Латинской Америке, в Мексике, где журналист – это самая опасная профессия, в России, где журналисты становятся "иностранными агентами", где журналистские организации становятся "нежелательными организациями", где их убивают. И во многих развитых странах, в частности если говорить о той совершенно оголтелой кампании, которую Трамп вел против журналистов оппозиционных ему средств массовой информации, объявляя их врагами Америки, я думаю, что в этих условиях, конечно, мне трудно судить, какими критериями руководствовался Нобелевский комитет, но я думаю, что это очень важно – встать на защиту людей, профессия которых становится, как сказал вчера в этом фильме Муратов, несовместимой с жизнью. И это не только в нашей стране.

— Как вы думаете, может ли усилиться давление на "Новую газету" после этой премии?

— Конечно, может. Но я надеюсь, что это послужит щитом. Мне трудно себе представить, что нобелевского лауреата можно на этой основе назвать "иностранным агентом", хотя, повторюсь, у нас возможно все. Но я надеюсь, что Нобелевская премия послужит щитом для газеты, которая успешно сопротивляется уже почти три десятка лет, два последних – это точно, и которая продолжает делать то, что она считает должным делать. Надеюсь, что нет. Хорошо, если бы я в данном случае не ошиблась.

Кирилл Рогов, политолог: "Премия, не данная Навальному"

Кирилл Рогов: "Премия, не данная Навальному"
Așteptați

Nici o sursă media

0:00 0:06:46 0:00

— В мире опять назревает серьезное противостояние. Противостояние либеральных демократий и авторитарных режимов, авторитарных капитализмов. С одной стороны. С другой стороны, мы наблюдаем кризис этих либеральных демократий Запада: конфликты, разломы и поляризации, происходящие там. Именно этот конфликт создает такую напряженную атмосферу в мире.

Я, во-первых, очень рад за Дмитрия Муратова. Я считаю, что он чрезвычайно достойный человек и очень важная фигура в российском не только медийном, но и политическом ландшафте. Он заслуживает огромного уважения за то, что он делает.

Но если мы посмотрим на нобелевских лауреатов премий мира в прошлом, то мы увидим несколько стратегий, которые использует комитет в разных ситуациях. Иногда он идет на обострение ситуации и присуждает очень острые премии. Иногда, наоборот, следует логике компромисса. Но при огромном уважении к Дмитрию Муратову и радости за него и всю российскую журналистику, что он получил эту премию, но эта премия все-таки называется "Премия, не данная Навальному".

Это компромисс. С одной стороны, эта премия тем, кто противостоит диктатурам и борется за свободу слова. С другой стороны, эта премия не тем людям, которые находятся на самом острие этого политического конфликта в мире. И комитет подчеркнул, что он не захотел давать им эту премию. Это прежде всего Светлана Тихановская и Алексей Навальный. Этим решением комитет сказал, что мы не готовы давать премию Навальному и идти на обострение, чего от нас все ждут.

Вера Челищева, глава отдела судебной информации "Новой газеты": "Сегодня они поздравляют, а завтра может быть все что угодно"

Вера Челищева: "Сегодня они поздравляют, а завтра может быть все что угодно"
Așteptați

Nici o sursă media

0:00 0:08:56 0:00

— [Присуждение премии] стало полностью неожиданным для всех сотрудников и, конечно, для самого Дмитрия Андреевича Муратова. У нас одни эмоции. Я со всеми коллегами разговариваю, списываюсь сегодня, и очень трудно работать сегодня, очень трудно писать тексты. Мы находимся в какой-то другой реальности, в какой-то эйфории. Работа встала, можно сказать.

Для меня это значит то, что Дмитрий Муратов ее получил очень заслужено, потому что он лично пропускает и пропускал через себя много трагедий, он многим помогает. И последнее, что он сделал в части фундаментальной помощи, – это, конечно, дети со СМА (спинально-мышечной атрофией). И он очень много сделал для того, чтобы вообще эта тема была поднята, потому что многие из нас не подозревали и не знали, что вообще есть такое заболевание, как СМА. И когда год назад он поднял эту тему, она сдвинулась, дети начали получать дорогущие лекарства. Мы узнали о том, как живут родители с такими детьми, что есть и у взрослых людей такое заболевание – СМА. И я предполагаю, что это стало толчком для того, чтобы ему была присуждена эта премия.

И, конечно, он правильно замечает, что эта премия не только ему. Эта премия Анне Политковской, которая была убита, Юрию Щекочихину, который был отравлен и тяжело умирал несколько дней. Эта премия нашему сотруднику Игорю Домникову, который был забит в собственном подъезде молотком по голове в 2000 году. Эта премия, конечно, Зое Ерошок, которая умерла несколько лет назад, и которая является одним из основателей этой редакции. Эта премия одному из основателей Нугзару Микеладзе, которого тоже, к сожалению, унес рак несколько лет назад. И, как говорит Дмитрий Андреевич, он сегодня написал нам всем в общем чате: "Эта премия вас всех". И молодых сотрудников, и постарше. Конечно, мы все очень рады, в первую очередь за него, потому что он это заслужил как никто.

Я надеюсь, что все-таки мы еще будем держаться на плаву, как "Эхо Москвы". По-моему, мы – два единственные СМИ, которые остались без ярлыка "иноагентства". Я не знаю, в нашей стране возможно все что угодно. Мы не знаем, что будет завтра. Да, многие спрашивают: "Теперь вы получите эту премию и Минюст вас сразу признает "иноагентом".

А, с другой стороны, вроде как Кремль поздравил. Мне звонили сегодня из других государственных судебных инстанций и тоже поздравляли. Посмотрим, все неожиданно. Сегодня они поздравляют, а завтра может быть все что угодно.

Кирилл Мартынов, редактор отдела политики "Новой газеты": "Это премия всем честным российским журналистам"

Кирилл Мартынов – о Нобелевской премии мира: "Это премия всем честным российским журналистам"
Așteptați

Nici o sursă media

0:00 0:02:20 0:00

— Эта премия пришла очень вовремя. Я думаю, что это премия не только Муратову, не только "Новой газете", но и всем честным российским журналистам. И я думаю, что именно так профессиональное сообщество это сейчас понимает, надеюсь на это, потому что тем самым Нобелевский комитет показал, насколько в тяжелых и трудных условиях российские журналисты защищают свободу слова в нашей стране, с какими рисками, с какими вызовами, с каким цензурным давлением они сталкиваются. И для нас это признание означает, что эта борьба не напрасна, что в принципе люди по всему миру сопереживают этой борьбе, и что она будет продолжаться.

Сегодня у меня странная аналогия весь день в голове, что в какой-то решающий момент, когда битва проиграна, приходит какая-то помощь, знаете, есть такие сибирские дивизии, как в одной другой нашей исторической истории, когда помощи было ждать вроде бы неоткуда.

— Сегодня видел два полярных мнения. Первое, что теперь точно "Новую газету" не признают "иностранным агентом". И второе – теперь точно признают. А вы как думаете?

— Я не знаю. Я считаю, что закон про "иноагентов" должен быть отменен, разумеется. И мы работу в этом направлении будем продолжать, будем, в первую очередь российскому обществу, объяснять, почему это важно, будем напоминать власти, что мы на такие условия профессиональной работы в целом не согласны.

Будет очень комично, конечно, если за нобелевские деньги, которые Муратов, как он уже сказал, потратит на благотворительность по доброй традиции, "Новую газету" признают "иностранным агентом". Это будет означать полную дискредитацию статуса "иностранного агента", потому что это будет означать, что российские власти признают "иноагентами" тех, кто получает мировое признание. Мы надеемся, что эта ситуация позволит нам на качественно новом уровне вернуться к дискуссии про сам статус этого закона.

Vezi comentarii

XS
SM
MD
LG