Linkuri accesibilitate

Матей Добровие: «Румыния продолжает наступать на те же грабли и поддерживать Плахотнюка»


Депутат НЛП Матей Добровие

Член Палаты депутатов Румынии — о выборах Европарламента, Плахотнюке, Драгне и Додоне

Матей Добровие: Я приехал в Кишинев с призывом к бессарабским румынам принять участие в выборах Европарламента, – ко всем, кто в состоянии проголосовать. Решил объяснить важность предстоящего дня голосования…

Свободная Европа: Если учитывать ставки этих выборов…

Матей Добровие: Да, ставки просто огромные! В конце концов, и Румынию, и Республику Молдова связывает единое будущее в Европейском союзе. Думаю, крайне важно то обстоятельство, что жизнь граждан можно реально улучшить при помощи тех инструментов, которые Евросоюз с такой щедростью нам предоставляет. Это инструменты развития, это европейские фонды... Нужно об этом помнить, а я думаю, что далеко не все граждане Молдовы осознают важность предстоящих выборов. Речь идет о будущей архитектуре Евросоюза, это и новый состав Европарламента, и новая Еврокомиссия.

По сути, именно сейчас конструируется Европа завтрашнего дня, решается судьба европейского проекта, который принес на наш континент стабильность, мир и благополучие. Мы видим, что значить находиться вне этого проекта – я сейчас говорю о Республике Молдова. Мы видим, насколько важна для Молдовы конкретная европейская перспектива. Национал-либеральная партия Румынии в течение нескольких последних лет брала на себя очень серьезные обязательства по поддержке перспектив присоединения Молдовы к ЕС. Мы уверены, что только вступление в европейскую семью позволит Молдове следовать по пути Румынии.

Разумеется, Румыния – не самое, мягко говоря, идеальное государство, никто этого не скрывает. Далеко не все проблемы у нас решены, но после вступления в ЕС и при поддержке европейских фондов Румыния совершила огромный скачок – речь идет о повышении уровня жизни людей. Правда, справедливости ради надо признать, что не все фонды были доступны для Румынии, и в некоторых областях выделенные средства не всегда осваивались должным образом. Но в целом, ситуация кардинально улучшилась – и в системе здравоохранения, и в инфраструктуре.

Свободная Европа: В первом полугодии 2019-го Румыния председательствует в Совете Евросоюза – и Бухарест неоднократно заверял, что по-прежнему намерен быть адвокатом Республики Молдова на ее евроинтеграционном пути. Скоро период мандата Румынии заканчивается... Что удалось Бухаресту за эти пять месяцев? Как известно, отношения между Кишиневом и Брюсселем заметно охладели…

Матей Добровие: Как раз в этом отношении результатов меньше всего. Говорю об этом с большим сожалением. Увы, Румынии не удалось улучшить ситуацию. Недавно прошел саммит Восточного партнерства…

Свободная Европа: Десять лет исполнилось проекту!..

Матей Добровие: Да, и следовало бы по этому случаю подвести какие-то итоги, провести более-менее серьезный анализ всех плюсов и минусов Восточного партнерства... Увы, со стороны Румынии никаких усилий не было замечено, не прозвучало никаких конкретных предложений по поводу перспектив развития проекта. Например, видя, что случилось в Республике Молдова – да не только в Молдове, а и в Украине, и в Грузии – Румыния могла бы предложить механизм, аналогичный тому, который сейчас продвигает наша партия – Механизм сотрудничества и контроля. Он связан с мониторингом в сфере юстиции и в области борьбы с коррупцией.

Блок ACUM не может входить в коалицию с ДПМ, за исключением сознательного решения принести себя в жертву

Почему это важно? Потому что риторика и в Украине, и в Молдове, и в Грузии почти одинаковая, заявления – как под копирку, разве что масштабы у всех разные. Вот, скажем, в ходе президентской кампании в Украине г-н Порошенко неоднократно повторял: «Я – проевропеец, и я гарантирую, что страна не будет сползать в сторону России». То же твердят и в Кишиневе... Но проблема в том, что реальность и риторика не совпадают!

И в Республике Молдова, и в Украине судебные системы не являются независимыми, и тут, и там госинституты не работают, обе страны как «черные дыры»!.. В Молдове до сих пор и не разобрались с «кражей века», не установлены и не привлечены к ответственности виновные. Более того, широкой общественности недоступен доклад Kroll-2, который помог бы гражданам понять, кто и каким образом был причастен к выводу денег из банковской системы. И тут уж говорить о правовом государстве, о демократии, о росте благосостояния или о повышении уровня жизни – это, как минимум, лицемерие!

Свободная Европа: Нередко представители властей обижаются на критику... Что скажете вы – в последние годы в Молдове было же и что-то хорошее?

Матей Добровие: Я положительно оцениваю принятие ряда законодательных актов в свете выполнения положений Соглашения об ассоциации. Но все по-прежнему упирается в выполнение этих законов. Иначе какой в них смысл, и все сводится к тому, что «мы выполнили Соглашение об ассоциации на 70%!»

Это все просто отлично, но в чем измеряются эти проценты? По-моему, недостаточно просто говорить, что «мы приняли столько-то законов»! Не менее важно, сколько из них выполнено – и как законы работают.

А если власти решаются на какие-то шаги, которые были восприняты в штыки международными наблюдателями!.. Например, переход от пропорциональной системы выборов к смешанной, – вопреки рекомендациям Венецианской комиссии. А потом еще и Конституционный суд выносит решение о том, что досрочные выборы могут быть организованы только по этой новой системе, и что пересмотр избирательной системы возможен только к очередным выборам… Что тут говорить...

Интересная получается вещь: ранее правительство заверяло, что «учитывает рекомендации Венецианской комиссии», – но в итоге к мнению ВК не прислушались и утвердили новую систему выборов. А сейчас правительство опять выражает свое полнейшее уважение Венецианской комиссии и говорит, что готово следовать советам ВК! Как понять, когда же кабинет министров нам лжет?

Каждый преследует свои тайные цели, заключаются келейные договоренности, а люди не понимают, что происходит, и кто виноват

Или власть исходит исключительно из соображений конъюнктуры, – если выгодно – прислушиваемся, а если нет, то затыкаем уши?.. Нечто подобное было и в Румынии, нам говорили: «Не меняйте законодательство о выборах за год до выборов!» Но о чем конкретно шла речь – в рекомендациях ВК сказано четко: нельзя менять закон, если поправки ведут к ограничению права на голосование. А если это право, наоборот, стимулируется, то законодательство менять можно. В общем, с помощью разнообразных уловок можно маскировать собственные мечты – по сохранению нынешнего, далеко не самого благоприятного положения страны. Идет ли речь о Республике Молдова, или об Украине – не суть важно.

Идентичные стерильные разговоры ведутся и вокруг борьбы с коррупцией. Мы пытаемся всех убедить в том, что мы – проевропейцы, но грош цена красивым словам!.. Мы видели, что г-н Порошенко проиграл выборы как раз потому, что люди не чувствовали никаких конкретных улучшений. Жизнь по-прежнему серая, госструктуры как не работали – так и не работают, и преступники, нагло запускавшие руки в госбюджет, к ответственности не привлечены.

Свободная Европа: Но в Молдове иная картина, и партия власти – ДПМ – получила на выборах еще более высокий результат, чем было ранее, сейчас у нее 30 депутатов в составе парламента. Как вы оцениваете нынешнюю политическую неопределенность в Кишиневе? После выборов прошло почти три месяца, а сформировать парламентское большинство все никак не удается.

Матей Добровие: Вышла патовая ситуация, и сейчас действительно очень трудно сформировать большинство, способное управлять страной – это чрезвычайно трудно, практически невозможно!.. Почему? Потому что благодаря смешанной системе выборов Демпартии удалось взять под контроль внушительное число одномандатных округов. В итоге в парламент прошли три крупных игрока, которые не могут – или не хотят – договариваться, и каждая партия выступает со своим сценарием…

Свободная Европа: Вы имеете в виду Демпартию, Партию социалистов и…

Матей Добровие: ...и блок ACUM. Я не принимаю в расчет группу Шора, которую считаю своеобразным аппендиксом Демпартии. Так вот, почему я говорю, что это практически невозможная задача – сформировать большинство? Потому что блок ACUM объективно не может входить в коалицию с ДПМ, за исключением сознательного решения принести себя в жертву. Блок выступал главным оппонентом Плахотнюка, выдвигал лозунги о борьбе с коррупцией, о деолигархизации государства – и что, выборы прошли, и мы объединяемся с олигархами?..

Свободная Европа: А к чему могут привести советы о том, что блок ACUM должен договориться с социалистами?

Матей Добровие: Так ведь и с социалистами тоже проблема! Я вовсе не верю в их готовность подставить плечо в борьбе с олигархией. Вспомните, социалисты вместе с демократами проголосовали за переход на новую систему выборов. Значит, они прекрасно спелись, и их неофициальное сотрудничество принесло свои плоды.

А во-вторых, кто вам сказал, что в последний момент суета с формированием коалиции не завершится официальным уже альянсом Плахотнюка и Додона? Потом он скажет: «Мы приносим себя в жертву – ради страны, ради интересов народа! Блок ACUM не захотел брать на себя ответственность за управление страной, а потому эта участь выпала на нашу долю...».

Иногда мы – с Россией, иногда – с Румынией, а порою отказываемся внести «румынский язык» в Конституцию. Я рассматриваю этот факт как пощечину Румынии

Свободная Европа: А если появится именно такая коалиция [ДПМ и ПСРМ], то куда потом двинется Молдова?

Матей Добровие: Это дорога не просто в никуда – она обернется драматичным скатыванием вниз. С одной стороны – отдаление от ЕС и от Румынии, с другой – сближение с Россией, что в лучшем случае означает дальнейшее прозябание в серой зоне негатива. Все это более чем вероятно, коль скоро внешние партнеры по развитию Молдовы выступают против любого правительства а-ля «Плахотнюк – и...». В то же время, они – против прихода ко власти пророссийской Партии социалистов. Все очень сложно..

Сложно еще и потому, что досрочные выборы потребуют значительных расходов, а проблему так и не решат. Спрашивается: зачем тогда они нужны? Вполне вероятно, что расклад сил почти не поменяется, – дело в том, что смешанная система благоприятствует одним и тем же политическим игрокам. Более того, блок ACUM, скорее всего, ждут дополнительные трудности, учитывая давление, которое оказывается на мэров через административный аппарат, принимая в расчет запугивания и всевозможные виды прессинга граждан. Цель там одна – создавать помехи даже в организации обычных встреч с избирателями, не говоря уж о том, чтобы те проголосовали за представителей оппозиции.

Не исключены всевозможные нарушения и «сюрпризы», к которым молдавские избиратели в последнее время уже привыкли. Вспомните приднестровский десант, тех избирателей, которых привозили на участки в организованном порядке, на автобусах. Наивно надеяться на то, что ситуация прояснится, и нынешние проблемы удастся решить. К большому сожалению, найти выход из этой тупиковой ситуации сейчас очень трудно. А ответственность в значительной степени несут именно две партии – ДПМ и ПСРМ, тот самый бином Плахотнюк/Додон, – они сейчас пытаются перекладывать вину на блок ACUM, хотя именно они спровоцировали захват государства.

Они прекрасно сосуществовали и взаимодействовали, и, по идее, они должны сейчас разрулить ситуацию. Но вы сами видите, как обстоят дела в политике, когда ответственность неясна, когда каждый преследует какие-то свои тайные цели, когда заключаются какие-то келейные договоренности, а люди вообще не понимают, что происходит, и кто виноват.

Свободная Европа: Г-н Добровие, из заявлений представителей Демпартии следует, что именно в период правления демократов сотрудничество между Румынией и Республикой Молдова было особо плодотворным. Румынский рынок стал гораздо более доступным для молдавских товаров, выросло число породнившихся мэрий, отремонтированы за счет румынских денег сотни детсадов…

Матей Добровие: В этом и проблема.

Свободная Европа: Хотя есть вот газопровод «Яссы-Унгены» – его строительство следовало бы уже завершить...

Матей Добровие: Следовало, да, но не всегда все происходит так, как оно должно быть...

Свободная Европа: Но кое-какие проекты действительно реализованы.

Матей Добровие: Согласен, но все идет слишком туго, и, похоже, все упирается именно в торможение со стороны ДПМ, в ее желание ограничиться лишь видимостью, а на самом деле не торопить события. Зачем повторять: «Мы – за взаимоподключение энергосистем!» – если при этом ты продолжаешь поддерживать теневые схемы Приднестровья, скажем, ту же Молдавскую ГРЭС.

Бессмысленно говорить на официальном уровне о желании уменьшить зависимость от российского газа, если твои действия свидетельствуют совсем о другом. Бессмысленно каждый раз в присутствии румынских официальных лиц благодарить Бухарест за финансовую помощь, а потом ежеминутно вещать: «Демпартия сделала!», «Демпартия дала!», «смотрите, это наши инвестиции!», «это заслуга правительства»... Вместо того, чтобы сказать все коротко и ясно. Например, не достаточно ли было повесить небольшую табличку «Органный зал» со словами «Сделано в Румынии»…

Драгня тщательнейшим образом копирует модель Плахотнюка, считает ее образцом, хочет прибрать к рукам и суды, и вообще все, что возможно

Говорить о помощи Румынии лишь в присутствии официальных представителей Бухареста – это лицемерие и неискренность. Это свидетельствует о том, что кто-то предпочитает сидеть на двух стульях – пользоваться румынскими и европейскими деньгами и одновременно продолжать игры в «про-Молдова». Иногда мы – с Россией, иногда – с Румынией, порою отказываемся внести синтагму «румынский язык» в Конституцию, хотя Конституционный суд вынес предельно ясное решение по этому вопросу. Когда надо было голосовать в парламенте, где была Демпартия?! Я, например, рассматриваю этот факт как пощечину Румынии. Тем более, что это случилось в Год cтолетия унири. Ну, а Румыния беззаботно продолжает наступать на одни и те же грабли, продолжает поддерживать правительство Плахотнюка. Хотя все европейцы и даже американцы уже перестали верить в эту историю со «стабильностью».

Свободная Европа: Каковы перспективы развития двусторонних отношений?

Матей Добровие: Мне было бы крайне любопытно посмотреть, как будет выглядеть сотрудничество между социалистами и блоком ACUM – теоретически оно может оформиться. При условии, что социалисты уступят должность спикера и позволят блоку ACUM сформировать правительство.

Свободная Европа: Этого не будет. И лидеры ПСРМ, и сам Игорь Додон однозначно, что должность спикера должна остаться за социалистами. Социалисты от своих притязаний не откажутся, и этот пост они не уступят.

Матей Добровие: Я даже могу понять, почему они так настаивают на своем варианте. Тем самым они надеются оградить г-на Додона от временных отстранений от должности президента и позволить ему довести мандат до конца, вне зависимости от того, сколько раз он еще будет кидаться из одной крайности в другую.

Представители Румынии повторяли мантры – «не допустить прихода пророссийских сил!», – но они вполне могут оказаться у руля власти в Молдове

Проблема в другом. Даже если социалисты получат должность спикера, я совсем не уверен, что они устоят перед соблазном назначить кое-куда своих министров. Хотя я уверен, что дело не в портфелях. Просто нет никакой уверенности, что у социалистов те же цели, что и у блока ACUM.

Свободная Европа: Я спрашивала вас, какого развития отношений между Кишиневом и Бухарестом можно ожидать…

Матей Добровие: Сотрудничество будет продолжаться, это несомненно.

Свободная Европа: При полном отсутствии диалога между главами наших государств? Игорь Додон так ни разу и не встретился с президентом Румынии.

Матей Добровие: Да, г-н Йоханнис ответил тогда на приглашение г-на Додона, и ясно дал понять, что г-ну Додону рассчитывать на скорую встречу не надо. Но г-н Додон и не мог надеяться на другое – да и не будет никакого иного ответа, учитывая его антирумынские заявления, выступления против румынского языка, истории румын, и т.п.

Думаю, отношения не изменятся. Это плохо – в том смысле, что Бухарест не до конца понимает ситуацию в Республике Молдова. По-прежнему налицо взаимодействие по линии Драгня-Плахотнюк, и г-н Драгня тщательнейшим образом копирует модель Плахотнюка. Он считает ее образцом и действительно стремится реализовать ее на практике. Хочет прибрать к рукам и судебную систему, и вообще все, что только возможно. А министерство иностранных дел оказалось в каком-то смысле меж двух огней – тут и бездействие аппарата президента, и низкопробные, обескураживающие действия СДП.

С одной стороны, есть министерство иностранных дел, в котором, по идее, должны работать профессионалы, а не политики. Но и они обязаны придерживаться заданной политической линии. А в нашем случае политическая линия оказалась в тисках – между бездействием президента Йоханниса и бурной деятельностью г-на Драгни, который стремится во что бы то ни стало скопировать модель Плахотнюка. Это тупиковая ситуация, и такого быть не должно.

Мне было бы очень любопытно посмотреть, как Румыния попытается оправдывать свою последующую поддержку режима – режима Плахотнок-1, Плахотнок-2, Плахотнок-3, если молдавским демократам удастся договориться с ПСРМ. Представители Румынии скороговоркой повторяли мантры и заклинания – «не допустить прихода пророссийских сил!», – но эти силы вполне могут оказаться у власти в Республике Молдова. Очень интересно услышать в этом случае позицию Румынии, узнать, что же она станет говорить о «проевропейском пути Молдовы», если образуется альянс демократов и пророссийских социалистов.

XS
SM
MD
LG