Что-то странное творится вокруг приднестровской темы в последние дни. Формальным поводом для возобновления острых дискуссий экспертов, вдруг отставивших в сторону любимую тему внутреннего кризиса и вспомнивших о Левобережье, стало подписание Евгением Шевчуком 10 июня закона о государственной границе непризнанного Приднестровья.
Сразу хочу оговориться, что ничего экстраординарного молодой приднестровский лидер не совершил. Даже тот пункт, в котором говорится о принадлежности села Варница левобережной администрации, не является ничем новым. Экспертам, которые усматривают в действиях Шевчука повод для возобновления войны на Днестре, я настоятельно рекомендую открыть Конституцию непризнанного Приднестровья, где четко указано, что микрорайон Варница и населенные пункты левого берега Днестра, в настоящее время находящиеся под юрисдикцией Кишинева, составляют «единую и неделимую территорию» Приднестровья. Варница, Кошница, Дороцкое и другие села вписаны в Основной закон Левобережья еще в 1995 году. А поскольку Конституция, пусть и непризнанная, выше любого закона, пусть и непризнанного, то, я повторю, ничего из ряда вон выходящего не произошло.
Вообще уважаемым кишиневским экспертам надо уяснить для себя очень простую и неприятную вещь: Приднестровье, не будучи признанным ни одним государством мира (если не брать в расчет Абхазию и Южную Осетию, которые сами «не очень» признаны), самого себя весьма успешно признает. Например, в рамках моего уголовного дела трехлетней давности следователи и оперативники МГБ в ответ на мои возражения о том, что непризнанность Приднестровья делает абсурдной статью УК о государственной измене, спокойно отвечали: «Мы сами себя признаем, мы считаем себя полноценным государством и в пределах нашей территории наши законы действуют в полную силу».
Посему экспертам надо понять: Приднестровье есть и будет фактором политики и силы (но не международного права!), пока оно контролирует свою территорию и не считает законы Республики Молдова действующими на этих 4 тысячах квадратных километров. Это нужно принять как данность, раздражающий фактор, бельмо на глазу – как угодно, но это факт. И то, что Молдова не может противопоставить приднестровской строптивости ничего, кроме риторики, тоже факт, к которому экспертное сообщество должно было привыкнуть за 20 лет.
Конечно, привыкнуть не значит смириться. Считаться не значит сдаваться. Молдова может и должна реагировать, а еще лучше – действовать на упреждение, чтобы не быть вечно в роли догоняющего. Другое дело, что реакцией не должна быть истерия по поводу вполне логичного события. Снова повторю: указ Шевчука есть не более чем обновленный и уточненный вариант давно существующей реальности.
В создавшейся за последние дни нервозной обстановке, когда буревестники войны кричат чуть ли не о том, что Тирасполь атакует Кишинев, я усматриваю попытку заретушировать другой фактор. Напомню, что Баррозу в ходе прошлогоднего визита в Молдову допустил возможность интеграции РМ в Европейский Союз без предварительного разрешения приднестровского конфликта. То есть Брюссель выразил готовность пойти на повторение кипрского прецедента, от которого всё последнее десятилетие усиленно отмахивалось, обжегшись на разделенном острове.
А в последние два месяца я получил четкие сигналы от информированных людей: европейцы будут педалировать размежевание Молдовы по Днестру. Прибавим инциденты в Варнице и Бендерах, где не без помощи городского главы, тесно связанного с «компетентными ведомствами» России, провоцировалась напряженность.
В сумме картина получится весьма удручающая: Европа упирает на фактический, но не юридический раздел Молдовы, Кишинев через установку миграционных постов и введение штрафов для граждан РФ и Украины ускоряет реализацию «плана Баррозу» под красивой вывеской реализации программы РМ-ЕС и либерализации визового режима. А над ними всеми нависла Россия, которая никогда не скрывала раздражения по поводу проевропейских устремлений Молдовы. Не будет лишним подчеркнуть, что указанные инциденты были как минимум одобрены Москвой, а ее спецпредставитель по Приднестровью Сергей Губарев в интервью «Ъ-MD» очень неубедительно сыграл роль непредвзятого посредника. Москве все труднее сохранять равновесие между ролью медиатора и геополитического тяжеловеса.
Кстати, мне смешно слышать разговоры о том, что Россия тоже заинтересована в фактическом разделе Молдовы. Отнюдь! Во-первых, все российские журналисты и эксперты, с которыми я беседовал последние 10-12 лет, твердили, что Москве нужна вся Молдова. Вся без остатка, до реки Прут. Во-вторых, даже если России удастся оформить с Евросоюзом размежевание РМ, международная легитимность такого акта будет равна нулю. Россия не пойдет на признание Приднестровья по абхазскому сценарию – хотя бы исходя из географического фактора. К тому же россиянам после этого будет намного тяжелее выстраивать диалог с западными партнерами по гораздо более трудным международным вопросам.
Словом, я остаюсь убежденным в том, что Москве не нужно окончательное разделение Молдовы. Заинтересована ли Россия в дестабилизации на Днестре? Безусловно – ради разрушения европейских перспектив РМ. Пусть даже они существуют больше на бумаге и в устах отдельных брюссельских чиновников, Москве они неприятны, чего скрывать. Заинтересована ли Россия в новой войне на Днестре? Нет и еще раз нет – это сразу разрушит выгодный России переговорный и миротворческий механизм со всеми вытекающими последствиями. Военная истерия выгодна лишь тем, кто прикрывает телодвижения отдельных сил, желающих углубить раскол молдавского государства.