Linkuri accesibilitate

Свобода слова в «Республике Шериф»


Насколько свободны жители Приднестровья в выражении своего мнения — в регионе прошла Неделя свободы слова, которую традиционно организует общественная организация Априори. Чрезвычайное положение в Приднестровье заменили карантинным режимом, административные границы закрыты до 30 сентября. Молдавские военные отправились на парад Победы в столицу России — страна занимает третье место в мире по количеству заражений COVID-19. Как работает пропаганда во времена больших кризисов и кому это выгодно — интервью с бывшим президентом Свободной Европы Томасом Кентом.

Свобода слова в «Республике Шериф»
Așteptați

Nici o sursă media

0:00 0:30:00 0:00
Link direct

Свободная Европа: Начнем как обычно с обзора главных событий минувшей недели.

Специальный представитель ОБСЕ по приднестровскому урегулированию Томас Майер-Хартинг побывал в Кишиневе 17 июня. Вице-премьер по реинтеграции Кристина Лесник на встрече с представителем ОБСЕ вновь говорила о тревогах Кишинева в связи с ситуацией в зоне безопасности на Днестре. Молдавские власти считают, что Тирасполь использует эпидемическую ситуацию как предлог для установки незаконных контрольных постов и ограничения свободы передвижения. Кишинев озабочен и правилами въезда в регион, введенных Тирасполем, и продленных до 30 сентября.

Вице-премьер по реинтеграции Кристина Лесник, специальный представитель по приднестровскому урегулированию Томас Майер-Хартинг и глава миссии ОБСЕ в Молдове Клаус Нойкирх
Вице-премьер по реинтеграции Кристина Лесник, специальный представитель по приднестровскому урегулированию Томас Майер-Хартинг и глава миссии ОБСЕ в Молдове Клаус Нойкирх

«Эти 37 постов, установленных в одностороннем порядке приднестровской стороной угрожают безопасности в регионе и ограничивают право граждан на свободное перемещение. Местные жители в условиях эпидемии не могут добраться на работу, домой, либо обратиться за медицинской помощью в медцентры, услугами которых они пользуются по месту жительства», — говорится в сообщении для прессы. Представитель ОБСЕ и молдавский вице-премьер обсудили также «проблему телекоммуникаций, возвращение здания лицею «Эврика», принудительный призыв в приднестровские военизированные структуры, частные случаи нарушения прав человека, доступ фермеров к земельным участкам расположенным за трассой Рыбница – Тирасполь, которые принадлежат фермерам и экономическим агентам из Кочиер». Отдельными темами обсуждения стали рекомендации ВОЗ, выработанные по итогам технического визита экспертов на левый берег Днестра, и необходимость обеспечения взаимодействия между врачами.

Консульский пункт российского посольства в Тирасполе 17 июня возобновил выдачу паспортов гражданам России в Приднестровье. В условиях чрезвычайного положения выдача документов была приостановлена. Как пишут «Новости Приднестровья» в первые два дня работы российского консульского пункта, там собиралось огромное количество людей, большинство из них не соблюдали социальную дистанцию. Для обеспечения противоэпидемических мер привлекли милицию. 16 июня власти отменили чрезвычайное положение, но в регионе действуют карантинные ограничения, связанные с эпидемией COVID-19.

Проблемы железнодорожного сообщения через приднестровский регион обсудили на заседании рабочих групп Кишинева и Тирасполя, встреча прошла в онлайн-формате 19 июня. Стороны выразили готовность продлить еще на полгода действие протокольного решения от 30 марта 2012 года — О принципах возобновления полноценного грузового железнодорожного сообщения через территорию Приднестровья. Это отражено в дополнительном протоколе, действительном до 30 июня этого года, — сообщили в бюро по реинтеграции Республики Молдова. Эксперты обсудили также возможности перенаправления грузовых составов на определенных участках железной дороги и снижение тарифов на грузовые перевозки.

Президент Игорь Додон в ходе своего визита в Москву намерен обсудить с Владимиром Путиным и российским вице-премьером Дмитрием Козаком экономические вопросы и российский кредит для Молдовы. Додон собирается в Москву на парад Победы, перенесенный в этом году на 24 июня из-за эпидемии коронавируса. Агентство ИПН сообщает, что в Москве Игорь Додон также намерен просить продлить льготный период экспорта молдавских товаров в Россию без таможенных пошлин. Также Додон планирует обсудить в Москве — «транспортные разрешения, российский кредит и вообще дополнительную поддержку для Республики Молдова». Соглашение о российском кредите на 200 миллионов евро заблокировал Конституционный суд Молдовы в результате обращения оппозиции, поскольку договор включал пункты, противоречащие интересам Молдовы.

«Европейский союз заинтересован в надежных соседях на востоке и под этим мы понимаем экономическое процветание, стабильность и безопасность даже во время такого кризиса, как сейчас», — заявила 18 июня глава Европейской комиссии Урсула фон дер Ляйен. На пресс-конференции, организованной после саммита ЕС и стран Восточного партнерства глава Еврокомиссии напомнила, что «фундаментом стабильности в странах Восточного партнерства является уважение прав человека и верховенства закона». Кроме того, в нынешних условиях нужно сосредоточить усилия на развитии цифровых технологий и защите окружающей среды. Урсула фон дер Ляйен пообещала, что ЕС продолжит поддерживать проекты, которые будут отражать интересы жителей стран Восточного партнерства. Европейский союз решил направить три миллиарда евро в помощь шести странам партнерства — Армении, Азербайджану, Беларуси, Грузии, Молдове и Украине, и также соседним странам Средиземноморья для преодоления экономического и социального кризисов, вызванных пандемией коронавируса.

Свыше 60 процентов граждан Молдовы доверяют Европейскому cоюзу, почти вдвое меньше — 33 процента испытывают доверие к Евразийскому союзу, — таковы данные исследования, проведённого в ходе проекта «Восточные соседи», который финансирует ЕС. Опрос проводится уже пятый год, в этом году 82 процента опрошенных заявили, что признательны Евросоюзу за поддержку, из них 58 процентов уверены в том, что помощь эта эффективна. 74 процента респондентов считают хорошими отношения Молдовы и Евросоюза. Опрос проведен во всех шести странах Восточного партнерства — Армении, Азербайджане, Беларуси, Грузии, Молдове и Украине в феврале и марте этого года, опрошена была тысяча человек в каждой стране.

Это был обзор главных событий минувшей недели, больше информации — на нашем сайте europalibera.org.

**

Свободная Европа: 16 июня в приднестровском регионе отменен режим чрезвычайного положения, который продлился три месяца. В этот период местные жители не могли выезжать за пределы региона. Со снятием режима ЧП администрация не отменила ограничения передвижения, а напротив — продлила их до 30 сентября. Решение это вызвало недовольство граждан на левом берегу Днестра, они по-прежнему могут выехать из региона только при наличии специального разрешения от властей, а вернувшись, должны пробыть две недели в карантине. Свои действия администрация региона объясняет ростом заболеваемости в правобережной Молдове.

Действия приднестровской администрации спровоцировали шквал негодования в социальных сетях. Многие пользователи пишут, что хотят свободно передвигаться по всей территории Республики Молдова. Они жалуются, что дозвониться в оперативный штаб, который выдает разрешения на выезд из региона, практически невозможно. Ситуация осложняется в тех случаях, когда людям надо уехать из региона на лечение или получить медицинские консультации на правом берегу Днестра.

Между тем в Тирасполе вышла из строя одна из двух лабораторий для тестирования на Covid-19, подаренная Россией. Местная пресса пишет, что сломалась важная деталь — амплификатор, ремонту он не подлежит.

Оперативный штаб по борьбе с коронавирусом объявил, что желающие выехать за границу граждане могут сделать тесты только за свой счет.

Количество подтвержденных случаев в приднестровском регионе в воскресенье достигло 1145, летальных исходов зарегистрировано с начала эпидемии 44. На всей территории Молдовы количество зараженных превысило 14 тысяч, скончались за всё это время — 465 человек.

На прошлой неделе на левом берегу Днестра прошли школьные выпускные балы. Приднестровские власти разрешили организовать их в парках и исторических местах. Ношение защитных масок не было обязательным на этих торжествах, а социальную дистанцию соблюдали далеко не все.

Тираспольский молодежный «Клуб 19» организует, уже восьмой год подряд, неделю свободы слова. В этом году все мероприятия проходят онлайн.

Как воспринимают ситуацию со свободой выражения жители региона? Наши корреспонденты в Тирасполе и Бендерах спросили у прохожих на улицах — обладают ли они свободой слова или все-таки это их право ограничено?

  • Наверное, не всегда можно говорить, что думаешь. Не всегда это уместно. Если по существу — то свою точку зрения высказывать нужно. Но если это просто бравада красивая, ради красивого словца и покрасоваться перед кем-то, то это неоправданно, наверное.
  • Ограничена свобода слова. Интернет всему помог. Уже доказано, что свобода слова здесь не работает.
  • Думаю, немного ограничена. Мне кажется, за каждое свое слово нужно отвечать и всегда это справедливо.
  • А что у нас была ограничена свобода слова? Все говорили, что хотели. И сейчас. Разницы никакой. Никто меня в СССР не трогал, не говорил и здесь никто.
  • Я не видел, живя здесь, каких-то политических заключенных, у нас не было никаких громких дел. Я, по крайней мере, даже не слышал об этом.
  • Конечно, ограничена. Например, если где-то что-то опубликовать в социальных сетях, — это удаляют, контролируют. В телефоне тоже, говорят, всё это контролируется. Если кто-то что-то хочет сказать, говорит: не по телефону. Думаю, на самом деле, это хорошо. Должен же быть все-таки царь. Населению проще на кого-то надеяться — кто-то за меня сделает, поэтому есть люди, которые нами управляют. Наверное, так проще жить.
  • Свободы слова у нас явно нет. Властям нужно прислушиваться к мнению народа, в первую очередь.
  • Ограничена, конечно. Я не знаю, я не словоохотливый человек, живем как живем. Приспосабливаемся к условиям жизни.
  • Ограничивается свобода слова. Нет у нас ее. Знаю некоторые моменты, не зря говорят, что у нас «республика Шериф».

Свободная Европа: Мнения жителей Тирасполя и Бендер.

**

Свободная Европа: В одной из трансляций, посвященных Неделе свободы слова в Приднестровье, была беседа с молодой писательницей Ларисой Калик, она — автор книги «Год молодости» о реалиях службы в приднестровской армии и в ее отношении власти региона начали уголовное преследование по статье «Экстремизм».

История книжки Ларисы Калик началась в конце 2018 года, когда один из ее знакомых рассказал ей полушутя, полусерьезно о своих воспоминаниях из приднестровской армии. Лариса осталась под впечатлением от услышанного, но больше всего ее поразило то, что бывшие солдаты воспринимали как что-то естественное те издевательства и жуткие ситуации, которые они переживали во время службы, обязательной на левом берегу Днестра даже для студентов вузов. Ларисе удалось найти 12 парней, которые согласились рассказать ей свои истории, и к концу 2019 года книга Год молодости была издана на бумаге и в электронном формате. На русском языке книгу можно почитать на сайте transnistrianarmy.com.

Книга не понравилась приднестровской администрации, для которой очень важна военная подготовка молодежи. В скором времени близких и родственников Ларисы стали вызывать на допросы, а в ее отношении открыли уголовное дело. Военная прокуратура обвиняет девушку в публичных призывах к экстремизму, за это грозит от трех до пяти лет тюрьмы. Она переехала в Кишинев, но там тоже замечала слежку и в итоге уехала за границу.

В онлайн-дискуссии, состоявшейся в четверг, в ходе Недели свободы слова, Лариса Калик сказала, что не понимают в чем состоят эти «действия экстремистского характера», за которые ее пытаются привлечь в Приднестровье к уголовной ответственности.

Лариса Калик: «Нет, у меня нет идей. Я не могу вспомнить ни одного слова, которое я бы произносила или которое напечаталось, где бы я как-либо призывала к экстремистским действиям. Мне это обвинение неочевидно, я его абсолютно не понимаю, я понятия не имею, что они имеют в виду под «экстремистом». Я, кстати, размышляю иногда на тему власти и конкретно тех людей, которые завели против меня уголовное дело. Какие-то абстрактные люди. Это они решили, предприняли какие-то действия. И мне интересно понять, что за люди за этим стоят, и что они на самом деле думают. Потому что мне неочевидно, кто именно решил, что закрыть меня на срок от трех до пяти лет, если не ошибаюсь, это адекватная идея. О чем они думали, когда они заводили на меня уголовное дело, готовы закрыть меня и сломать мне жизнь? Что они думали в более глобальном смысле, как на них посмотрит общество других стран, что начнут думать на этот счет – мне тоже неочевидно. Я абсолютно не понимаю, какие у них мотивы, как это работает. Я догадываюсь, но это какие-то мои догадки, мои предположения, мои выводы, но это мало, что имеет общего с действительностью. И вот, самое грустное – это то, что мои ожидания не оправдались, и то, что если бы люди предприняли определенные действия к тому, чтобы провести ряд проверок, например, я думаю, что если бы смогли как-то прислушаться к этим историям и понять, что ошибок достаточно много, возможно, не случилось бы убийство Данилы Бояркина, и я думаю, это в какой-то степени можно было предотвратить, если бы отнеслись к ребятам с оружием с большей ответственностью. И.… мальчик бы не погиб.

Возможно, это мой какой-то оптимизм, но я слабо представляю себя за решеткой. Я думаю, что есть намного более серьезные преступники, которых следует исправить – я против наказания и всего подобного – но если помните, был инцидент с девочкой, которая переходила дорогу в Парканах, которую на переходе сбила машина. И что, решили эту ситуацию как-то? После подобных случаев я не уверена, что наше правосудие сможет разрешить мой случай в каком-то благоприятном для меня исходе. Поэтому я больше надеюсь на мировое сообщество».

Свободная Европа: Лариса рассказывает, что после начала уголовного преследования в Приднестровье, ее книга, опубликованная в интернете, стала очень востребованной, а статистика посещений зашкаливает.

Лариса Калик: «Основной посыл книги был в том, что солдаты, которые проходят срочную службу, это, прежде всего, люди, и стоит к их голосу прислушаться. То есть, ребята из министерства обороны и всего остального делают какие-то реформы, но я не знаю, насколько эти изменения близки самим солдатам, насколько руководство понимает потребности этих ребят. Может быть, они делают что-то , на их взгляд, хорошее, но вряд ли прислушиваются к потребностям самих срочников. Мне хотелось заострить внимание на том, что у солдат-срочников есть чувства, что есть какое-то негодование, что стоит обратить на это внимание и как-то изменить ситуацию, в первую очередь, для солдат-срочников. Я на это надеялась. Но из-за того, что на меня завели уголовное дело и восприняли это все как экстремизм, вряд ли ко мне кто-то сейчас будет прислушиваться и делать для солдат то, чего они заслуживают, каких-то элементарных хороших условий».

Свободная Европа: Когда несколько историй у Ларисы были собраны, она подала заявку на грант. По ее словам, вне зависимости от того, получила бы она грантовую поддержку или нет, книга была бы написана, возможно, чуть позже и в ином виде. Девушка отмечает, что во время подготовки сборника никто не вмешивался и не цензурировал содержание, у нее была полная свобода в изложении историй молодых людей. Сейчас ее очень тревожит то, что силовики наведываются к ее родственникам в Приднестровье.

По мнению Ларисы, многие жители левобережья плохо знают свои права, поэтому и защищать их не готовы, поскольку не понимают, когда их права нарушают. Девушка рассказывает, что многие приднестровцы балансируют на грани выживания, а в мыслях о хлебе насущном им не до защиты прав человека.

Лариса признает, что любит Приднестровье, но отношения сейчас у нее с родиной сложные.

Лариса Калик: «Я там родилась и прожила до 18 лет. И последние пару лет были наполнены мыслями о том, как я окончу школу и смогу переехать в другое место, потому что тогда мне казалось, что уехать – это хороший вариант. Потому что я была с раннего возраста со многими вещами не совсем согласна. А потом я подумала, что это все можно решить. Поскольку это спорная территория, так политически сложилось, и мне захотелось , прежде всего, самой разобраться, что эта территория для меня значит, кроме того, что я люблю виноград, плацинды и ем мамалыгу. Мне это место дорого. Это очень сложные отношения, как у нас бывает с родителями, потому что мы их и любим, и ценим, и понимаем, но конфликты все равно возникают. И мне сложно иногда любить Приднестровье и относиться к нему с пониманием и нежностью. Часто я могу сердиться, в последнее время особенно: у меня для этого есть весомое основание. Но в целом, я скучаю по этому месту, мне его не хватает. Я люблю это место, мне бы хотелось, чтоб оно стало лучше в будущем».

Свободная Европа: Сейчас Лариса Калик работает над новой книгой, которая посвящена жизни молодых людей в непризнанных республиках.

Лариса Калик: «Моя будущая книга – это попытка самой разобраться, что же это такое. Потому что мне интересна судьба остальных непризнанных республик на постсоветском пространстве – Абхазии, Южной Осетии, Нагорного Карабаха. Наши сценарии во многом отличаются, но есть много схожести. И я хочу разобраться в этом феномене непризнанных республик, и в том, как там рождаются люди и появляется новое поколение, и как мы себя ощущаем. Потому что мне очень сложно определиться с тем, кто я. То есть, назвать себя приднестровцем – прикольно, а что это? Назвать себя украинкой – у меня много украинских корней – но я не совсем могу назвать себя украинкой. К России я особого тоже отношения не имею, разве что говорю на русском языке и думаю на нем. А молдавской крови у меня нет, хотя у меня молдавское гражданство. И спрашивается: кто я такая?

Мне хотелось бы пообщаться с моими ровесниками из других непризнанных республик, и спросить их: как вы там, ребята, что у вас, что у нас общего? Как-то понять для себя различия и схожести нашего пути, куда мы в конце концов идем, и куда придем. Начинаю я, естественно, с Приднестровья. Оно для меня близкое и понятное, но не всегда. Из-за границы я пока не могу поехать в те регионы, которые я описала, но я туда обязательно отправлюсь и сделаю хорошую книгу.

Я выросла среди книг, живу среди книг, и это моя территория, на которой я чувствую себя ясно, понятно и хорошо. Я себе мало представляю, что в какой-то момент я скажу: подписывайтесь на мой канал, ставьте пальцы вверх, слушайте истории о Приднестровье, Абхазии и Нагорном Карабахе. Это просто не моя история. Некоторые люди арбузы не любят, и что ж теперь? Возможно, это вопрос комфорта и вкусовщины, но я , все-таки, верна литературе, я ей благодарна и предана, youtube – это очень хорошее дело, я его люблю и много часов провожу за просмотром полезных фильмов, но себя я там пока что не вижу. Я по книгам больше. Но все же, я верю, что литература – не потеряет своего статуса».

Лариса надеется, что ее история закончится снятием всех обвинений , и она сможет дальше заниматься литературным делом.

**

Свободная Европа: В российской столице в разгаре — подготовка к параду Победы, перенесенному на 24 июня. В нем примут участие 75 военных из Республики Молдова, по приглашению Владимира Путина на парад поедет и президент Молдовы Игорь Додон.

Сначала на парад собирались поехать лидеры постсоветских стран, но затем отказались. Президент Туркмении Гурбангулы Бердымухамедов объяснил отказ от поездки тем, что 29 июня ему исполнится 63 года. Премьер-министр Армении Никол Пашинян в пятницу отказался от поездки, сославшись на тяжёлую ситуацию с коронавирусом в стране, – передаёт Армянская служба Радио Свобода. За день до этого отказался и президент Азербайджана Ильхам Алиев, ранее также подтвердивший участие в параде. Еще передумал ехать в Москву президент Чехии Милош Земан, сославшись на тяжёлую эпидемиологическую ситуацию уже в России. 11 июня глава МИД России Сергей Лавров заявлял, что о готовности приехать сообщили лидеры 12 государств, в основном из стран СНГ.

Ветераны второй мировой войны, которые должны быть на параде рядом с Владимиром Путиным для профилактики изолированы за пару недель до события. Пресс-секретарь Путина Дмитрий Песков сказал, что решение это было принято, чтобы избежать заражения ветеранов и президента.

Доступ публики на парад будет ограничен, но не запрещен. Как Дмитрий Песков, так и мэр Москвы Сергей Собянин призвали жителей российской столицы оставаться дома и смотреть парад по телевизору.

Всемирная организация здравоохранения предупредила, что массовые мероприятия в России могут способствовать распространению коронавируса. В стране зарегистрировано свыше 580 тысяч случаев заражения, и она занимает третью строчку — после США и Бразилии по распространенности COVID-19.

Более 30 городов и регионов России либо отказались проводить парад, либо организуют его в более скромном формате.

В Кишиневе минобороны заявляет, что молдавские военные, которые участвуют в московском параде находятся в безопасности, после каждой репетиции их тестируют на коронавирус. Мог ли президент Игорь Додон обойтись на параде без молдавских солдат — такой вопрос наша коллега Диана Рэйляну задала бывшему министру обороны Виталию Маринуцэ.

Виталие Маринуцэ
Виталие Маринуцэ

По его словам, не существует никаких норм, обязывающих главу государства участвовать в параде в других странах в сопровождении военных национальной армии. Учитывая эпидемическую ситуацию и количество заболевших в России, было бы правильным отказаться от участия в этом мероприятии 75 военных из роты почетного караула — элитного подразделения молдавской армии. В качестве верховного главнокомандующего Игорь Додон отвечает, в том числе, и за здоровье военнослужащих, которые будут вместе с ним на параде. Говорит Виталий Маринуцэ:

«В молдавском законодательстве, да и в неписанных военных обычаях нет ничего о том, что президента страны на торжественные события, будь то парад, что-то другое, должны сопровождать военные. Для того, чтобы армия Республики Молдова принимала участие в параде за пределами страны прежде всего необходимо приглашение — специально для военного контингента. Кроме того, необходимо получить одобрение и парламента, и правительства, недостаточно просто указания президента. Я считаю, что участие молдавских военных в московском параде рискованно, особенно для их здоровья».

Пресс-секретарь президента Путина Дмитрий Песков сообщил, что приглашенные будут наблюдать за парадом с трибун, их разместят рядом с кремлевским лидером. Песков выразил надежду, что до 24 июня будут практически сняты ограничения, связанные с пандемией. Учитывая, что военные участвуют в параде в специальной форме, мы спросили у генерала Виталия Маринуцэ насколько уместны, с точки зрения армейского протокола, защитные маски?

«Для этого необходимо решение организаторов парада. Что касается военной формы, то я не вижу препятствий при желании надеть и защитные маски. Учитывая, что и в Республике Молдова, и в России условия не самые подходящие для отказа от защитных мер. Все военные на параде обычно в белых перчатках, а для масок необходимо желание организаторов, и я не исключаю, что оно будет».

Политический аналитик Ион Тэбырцэ считает, что решение Игоря Додона о поездке в Москву во время пандемии, в сопровождении военных, носит электоральный характер. Более того, после провала с российским кредитом, Игорю Додону нужно подправить имидж в глазах его российского коллеги, — полагает Ион Тэбырцэ:

«Это очевидная демонстрация для его электората того, что он — верный и близкий союзник Владимира Путина, доказательство внешних и геополитических приоритетов Республики Молдова во главе с Игорем Додоном. И, конечно, прямые и косвенные отсылки к этому параду мы увидим в его предвыборной кампании. И это будет одним из самых ударных моментов предвыборной борьбы Игоря Додона».

По мнению экспертов, кроме рисков для здоровья, участие молдавских военных в московском параде — недешёвое удовольствие для бюджета, истощенного эпидемией COVID-19

**

Свободная Европа: На прошлой неделе состоялись очередные дискуссии в рамках проекта Свободной Европы «Антиностальгия — взгляд в будущее». В этот раз речь шла об информации и дезинформации во времена больших кризисов, об источниках фейковых новостей и их заказчиках. Программу целиком можно посмотреть на нашем сайте. Сейчас послушаем фрагмент интервью с Томасом Кентом — преподавателем Колумбийского университета в США и бывшим президентом Свободной Европы. Лина Грыу обсудила с ним и то, насколько важна роль гражданского общества в борьбе с дезинформацией и фейками.

Свободная Европа: Г-н Кент, именно сейчас мы переживаем большой кризис. Как возникают потоки дезинформации и фейковых новостей в такие периоды, и кому это нужно?

Томас Кент: Вы знаете, в моменты страха люди всегда обращаются к теориям заговора, поскольку они не понимают, что происходит, и реально боятся. А те, кто распространяют дезинформацию, стараются вписать пандемию в общую структуру их теории заговора — о том, что, якобы, Джордж Сорос и Билл Гейтс являются антихристами.

Прежде всего, их цель — заработать политические очки, они используют для этого ложные идеи, которые ставят под угрозу здоровье населения. В один день появится вакцина от ковида, слава Богу! Их цель — напугать людей, чтобы люди отнеслись подозрительно к вакцине. Это будет очень опасно для населения.

Свободная Европа: Мы замечаем, что фейки появляются одновременно в разных странах, распространяются сразу на нескольких языках. Как объяснить эту синхронизацию?

Томас Кент: Существуют определенные центры, где дезинформация создается, и в мире есть очень много глупых людей, которые просто любят пересылать друг другу через фейсбук и т. д. самые неумные теории, потому что это может быть интересно им. Может быть, они надеются, что все поймут, что это вздор... Но, к сожалению, некоторые из этих людей, кто-то из их друзей верят, что это — правда, и таким образом дезинформация распространяется очень быстро.

Свободная Европа: Вы недавно опубликовали статью, в которой пишете об участии гражданского общества — о так называемых «эльфах» — о добровольном движении молодых людей и общественных организаций. Не кажется ли вам, что это неравная борьба — движение энтузиастов-добровольцев против пропагандистской машины, за которой стоит целое государство и серьезные бюджеты? Каковы шансы у гражданской инициативы одолеть дезинформацию? Смогут ли эльфы одолеть троллей?

Томас Кент: Я думаю, что шанс есть. Вы правы в том, что у них нет достаточных денег и достаточных ресурсов, но они — патриоты. Я думаю, что это очень важное патриотическое движение, которое исходит от людей, которые заботятся о будущем своей страны.

Я думаю, что право и юстиция — на их стороне. Конечно, существует огромный поток дезинформации. Но большинство людей понимают разницу между теориями заговора, которые приходят часто из-за рубежа, и гражданами своей страны, которые борются за права человека, за правду, за уважение науки. И особенно в ситуации пандемии очень важно, чтобы люди понимали, что факты — важны, и что теории заговора — это интересно, смешно, что есть о чем поговорить, но это — не правда!

Свободная Европа: Вы приводите в пример страны Балтии, Словакию, Чехию и другие страны Европейского союза. Там власти осознают проблему и поддерживают движения, зарождающиеся в обществе. Но что делать тем странам, власти которых не видят угроз в пропаганде, дезинформации, и даже, наоборот, их подпитывают?

Томас Кент: Действительно, в некоторых странах у властей нет большого энтузиазма для этой борьбы, и в таких условиях общественные организации могут работать вместо правительства. Они могут вести борьбу даже тогда, когда правительство боится или не имеет желания. Это труднее, конечно, но эти группы — настоящий голос народа.

Многие считают, что было бы очень хорошо, если бы правительства играли большую роль в этой борьбе, но это — не работа правительства — вести информационную войну, это может быть очень опасно. Думаю, всегда лучше, когда самый мощный голос в этой борьбе принадлежит гражданскому обществу, независимым журналистам, фактчекерам — это и есть настоящий голос, выражающий волю народа.

Свободная Европа: В странах Балтии осознание угрозы, понимание необходимости этой борьбы пришло сразу после обретения независимости, и, похоже, в этих странах уже выработался иммунитет...

Томас Кент: Я думаю, лучший подход — это содействие, сотрудничество властей и различных общественных организаций. В странах Балтии, например, когда появляется дезинформация, какая-то тема начинает распространяться в социальных сетях, правительство и «эльфы» работают вместе. Но если власть медленно реагирует, а это часто бывает, потому что правительства вообще медленно работают, тогда «эльфы» могут начать работу, а затем правительство сыграет свою роль.

Свободная Европа: Как вы думаете, почему постсоветское пространство так восприимчиво для российской пропаганды?

Томас Кент: Я думаю, что в постсоветских странах есть определенное разочарование, например, в европейском сообществе. Может быть, люди думали, что сразу появится богатство у всех. Они видят, как высококвалифицированные специалисты уезжают на Запад, что западные корпорации скупают компании в постсоветских странах, есть чувство, что существует какая-то эксплуатация. Я думаю, что в итоге это не будет так, и в конце этого процесса это будет выгодно и постсоветским странам, и западным.

Я думаю, что будущее этих стран будет хорошим, если они продолжат работу и будут создавать действительно демократические общества, если они будут бороться — это очень важно — против коррупции и т. д.

Но я признаю, что есть это разочарование, и российская пропаганда использует ситуацию, старается убедить людей в том, что, якобы, было лучше при советской власти. Я жил в Москве при советской власти, при Брежневе, и я могу вам сказать, что если сравнить права человека и экономику тех времен в России с положением дел в постсоветских странах сегодня — то видно, что люди живут гораздо лучше сегодня, чем раньше, в СССР. И я уверен, что возможность зарабатывать деньги, работать без постоянного надзора властей, право говорить свободно без страха — это очень важно! Иногда мы забываем, как было в прошлом...

В Советском Союзе сама жизнь убедила людей в том, что то, что они видели по советскому ТВ, не было правдой. И поэтому они слушали сквозь помехи и глушение иностранные передачи Голоса Америки, Радио Свобода, Би-Би-Си. И это было не потому, что они любили США или Великобританию, а потому, что содержание этих передач отражало реальность их жизни.

Они предоставили советским гражданам возможность услышать мнения и идеи, которые были запрещены в официальной прессе СССР. Вот поэтому я говорил раньше, что власть относилась к населению, как к детям, люди были детьми, собственностью государства, им было запрещено ездить за рубеж. Все те, кто выступают против гражданских прав, против свободы слова — просто боятся людей и относятся к ним, как к детям. Они считают людей опасностью для государства, а не его богатством.

Свободная Европа: Это был фрагмент беседы Лины Грыу с Томасом Кентом — преподавателем Колумбийского университета и бывшим президентом Свободной Европы.

XS
SM
MD
LG