Linkuri accesibilitate

$240 тысяч наличными и бриллианты. Как из-за сожженных в первые дни войны секретных материалов в Украине закрыли громкое коррупционное дело


Судья, которая занималась этим делом, удивилась. Лариса Гольник не понимает, почему прокурор и следователь, потеряв только одно доказательство, сразу же дело закрыли

Служба безопасности Украины (СБУ) расследует уголовное дело по статье "Госизмена" по факту того, что Государственное бюро расследований (ГБР) уничтожило секретные материалы по ряду громких уголовных дел. И возбудило СБУ это дело о госизмене в том числе благодаря расследованию Настоящего Времени.

В ГБР утверждают, что "утилизация" материалов никак не повлияет на расследования самих дел. Однако, как выяснилось, уничтожение одного секретного видео уже привело к закрытию дела о взяточничестве. А значит, подобная судьба может ждать и другие дела, материалы по которым уничтожены.

Какие именно материалы считаются секретными? Например, после Майдана 2014 года начинается расследование того, кто и как отдавал приказы убивать протестующих. И вот следователи заходят в здание СБУ, находят там бумаги о проведении "Антитеррористической операции", в результате которой и были расстреляны протестующие. Эти бумаги с грифом "секретно" изымают. Но по закону следователь не может их хранить у себя в кабинете, в общих томах уголовного дела о расстрелах. Эти бумаги с грифом "секретно" хранятся в специальной секретной комнате. Там двери такие, чтоб взломать нельзя было, окна, чтоб через них нельзя было заглянуть внутрь и так далее. Есть еще НСРД – негласные следственные розыскные действия. Это когда силовики тайно следят за подозреваемым, записывают его на видео, слушают разговоры, читают переписки, тайно заходят в его дом и так далее.

Так вот, именно такие виды документов Госбюро и уничтожило. Причем часто по очень важным для современной Украины уголовным делам. Например, дело о "Харьковских соглашениях", когда Украина взамен на якобы скидки на российский газ продлила базирование черноморского флота в Крыму, что и стало базой для аннексии украинского полуострова в 2014-м, или все дела Майдана – о расстрелах протестующих и так далее. Или, например, угольное дело Медведчука, ближайшего соратника Путина в Украине. Всего около 140 уголовных дел. Мы запрашивали перечень у ГБР, нам не дали его. Но представительница Бюро Татьяна Сапьян заверила Настоящее Время, что уничтоженные документы уже восстановлены. И на расследования это никак не повлияет.

Однако Настоящему Времени известен конкретный пример того, когда из-за уничтожения секретных материалов дело было закрыто. Его, кстати, тоже вело ГБР. Хоть и уничтожали в другом ведомстве. Но это иллюстрация последствий.

За два месяца до полномасштабного вторжения России в Украину СБУ Генпрокуратура и Госбюро расследований отчитались: ликвидировали схему получения взяток. Показали фотографии: $240 тыс. наличными, золотые коллекционные монеты, ювелирные украшения с драгоценными камнями и бриллиантами, коллекцию дорогих часов – все это изъяли у главы Ивано-Франковской таможни Святослава Пересунько. А спикер ГБР Ольга Чиканова даже рассказала суть уголовного дела:

"Должностные лица таможни, в частности и среди руководства, вымогали ежемесячные взятки у руководителя предприятия, который совершает экспорт украинского пчелиного меда в страны Европы. По оперативным данным, такса была $200 за растаможивание одного автомобиля с медом. За деньги таможенники обещали не создавать искусственные препятствия во время оформления и не инициировать лабораторные исследования продукции".

Как утверждали следователи, за таможенниками следили. Записывали тайно на видео, как они вымогают и берут взятки. В итоге был задержан глава Ивано-Франковской таможни Святослав Пересунько. Но в первые дни полномасштабного вторжения то самое оперативное видео с таможенниками и посредниками было уничтожено. И прокурор просто закрыл дело в отношении Пересунько. В постановлении о закрытии так прямо и написано: "В ходе следствия установлено, что материалы негласных следственных (разыскных) действий, которые бы доказывали совершение Пересуньком С.С. уголовного правонарушения, уничтожены, и поэтому в действиях Пересунько отсутствует состав уголовного правонарушения".

Судья, которая занималась этим делом, удивилась. Лариса Гольник не понимает, почему прокурор и следователь, потеряв только одно доказательство, сразу же дело закрыли. Есть свидетели и другие доказательства.

"Есть трое подозреваемых. По одному подозреваемому, основному фигуранту, закрывается уголовное производство, а два фигуранта, которые являются пособниками, как следствие считало, по ним уголовное производство не было закрыто", – рассказывает судья Лариса Гольник.

Закрывший дело прокурор Егор Сандул давать интервью Настоящему Времени отказался, но в разговоре пояснил: в этом случае материалы сожгли в офисе генерального прокурора. Эвакуировать из Киева не успевали и сожгли все. Переставший быть подозреваемым Святослав Пересунько ответил Настоящему Времени письменно. Заявил, что взяток не брал, а дело вообще было заказным, чтоб опорочить его и сотрудников таможни. После закрытия дела, по его словам, пошел добровольцем в ВСУ. Почти $240 тысяч наличкой, коллекционные часы и драгоценности ему вернули. Вот фрагмент из его переписки с ведущей Настоящего Времени Ириной Ромалийской:

— Я передал значительную часть денег на нужды ВСУ.

— А есть ли у вас документальное подтверждение этому?

— Безусловно, есть, но до окончания войны я не хотел бы разглашать ведомости, которые касаются перечисленных мною сумм.

— А у следствия возникали вопросы, как вы, находясь на госслужбе, заработали столько денег, часов и драгоценностей?

— Конечно, этот вопрос был выяснен по время досудебного расследования. Указанная сумма была получена мною на сохранение от близкого родственника.

— Получается, вы перевели на счет армии деньги, которые вам дал на сохранение родственник?

— Это мой отец, мы решили это вместе.

— Часы и драгоценности тоже от отца?

— Часы и драгоценности мои. Могу после войны предоставить на экспертизу, сколько оно все стоит. И вы все поймете.

— А сколько?

— Это копии.

Это дело – яркий пример того, как уничтожение "секретки" может привести к закрытию всего расследования. Причем секретные материалы вывезли из Киева за пару часов до полномасштабного вторжения России в Хмельницкий – на запад страны – и сжигали уже там. Дальше, во Львов, например, не везли. И делалось это все, по информации Настоящего Времени, по распоряжению директора Госбюро расследований Алексея Сухачева.

Сначала детективы ГБР отрицали сам факт сожжения и даже обвиняли нас в манипуляции. Сначала факт уничтожения официально подтвердила Генеральная прокуратура Украины, а потом сделать это было вынуждено и ГБР. 19 июля стало известно, что СБУ возбудила уголовное дело. По факту уничтожения "секретки". По трем статьям Уголовного кодекса Украины: "Государственная измена", "Утрата документов или других носителей, которые содержат государственную тайну", причем повлекшую за собой тяжкие последствия, и "Похищение документов или их повреждение".

Редакция Настоящего Времени попыталась получить комментарий от главы ГБР Алексея Сухачева. В пресс-службе нам отказали. На звонки мобильного телефона, как и на сообщение в мессенджерах, глава ГБР не отвечает.

XS
SM
MD
LG