Linkuri accesibilitate

Дело «Седьмой студии». Как Мединский убил «Платформу»


Софья Апфельбаум, Алексей Малобродский и Кирилл Серебренников в Мещанском суде

26 ноября в Мещанском районном суде закончился четырёхдневный допрос Алексея Малобродского, бывшего генерального продюсера "Седьмой студии". Свои показания начала давать бывший директор Департамента государственной поддержки искусства и народного творчества Министерства культуры Софья Апфельбаум, которую обвиняют в том что она совместно с Малобродским, а также режиссёром Кириллом Серебренниковым, бывшим генеральным директором "Седьмой студии" Юрием Итиным и главным бухгалтером компании Ниной Масляевой похитила 133 млн бюджетных рублей, выделенных в 2011–2014 годах на театральный проект "Платформа". Апфельбаум рассказала, как "Платформа" родилась на совещании с президентом Медведевым и как была закрыта решением министра Мединского уже при другом президенте – Владимире Путине.

Эти существа

Прокурор Надежда Игнатова обратила внимание на разночтения в показаниях Алексея Малобродского с тем, что он говорил на предварительном следствии. В суде Малобродский заявлял, что его зарплата составляла 100 тыс. рублей, а в изначальных допросах значится всего 45. Впрочем, главное несоответствие касалось сотрудничества АНО "Седьмая студия" с ИП Синельников – именно через него, как считает следствие, были похищены бюджетные деньги, в то время как Кирилл Серебренников и Алексей Малобродский обвиняют бухгалтера Нину Масляеву в том, что она похищала миллионы рублей через ИП своего "близкого друга" Валерия Синельникова. Малобродский в суде показывал, что с Синельниковым виделся лишь однажды, когда их познакомила Масляева, никаких дел с ним "Седьмая студия" не вела. В протоколе допроса, оглашённого судьёй Ириной Аккуратовой, тем временем написано: "Насколько я помню, одним из контрагентов был ИП Синельников, которого привлекла Нина Масляева", но, отмечает Малобродский, каких-либо неисполненных обязательств за Синельниковым не числилось.

Отвечая на вопрос прокурора, Малобродский вспоминает, что первые допросы проходили в "сложной" для него обстановке: сначала один многочасовой допрос сразу после обыска у него дома, на следующий день второй. По словам продюсера, следователи оказывали на него давление. "У меня не было тогда опыта борьбы с этими… существами, я не понимал, как с ними разговаривать", – говорит Малобродский, поясняя, что первые два допроса он не сильно вчитывался в протоколы: написанное следователем по смыслу примерно соответствовало тому, что он говорил, разглядывать детали он научился лишь позже. Так, следователь просто положил перед ним какую-то платёжную ведомость, где были указаны 45 тыс. рублей, и Малобродский согласился: да, это была его зарплата. Но, как пояснил продюсер на суде, поначалу зарплата у всех сотрудников проекта не была фиксированной и выплачивалась нерегулярно. 100 тыс., о которых он говорил на прошлом заседании, Малобродский начал получать лишь с 2012 года.

То же касается и Синельникова: Малобродский ещё раз подтвердил, что никаких контрактов с ним не подписывал, видел один раз, и просто не обратил внимания на эту мелочь в протоколе. Более того, во время очной ставки с Синельниковым тот подтвердил его показания.

Всесильная Апфельбаум

Допрос Софьи Апфельбаум начинается с оглашения содержания флеш-карты, изъятой в Министерстве культуры. Там документы, касающиеся проекта "Платформа": письмо Кирилла Серебренникова президенту Медведеву, где он просит выделить ему и "единомышленникам" 76 млн рублей на большой мультижанровый проект, проекты постановления правительства, финансово-экономическое обоснование проекта, переписка между Минкультом и Минфином, Минкультом и Минюстом, планы мероприятий.

Апфельбаум предпочитает сперва выступить сама, она рассказывает, как ещё в 2006 году пришла на низшую должность в Федеральное агентство по культуре и кинематографии, а потом доросла до начальника Отдела театрального искусства, который в 2008 году стал частью Департамента государственной поддержки искусства и народного творчества вновь созданного Министерства культуры. Возглавил департамент Алексей Шалашов (сегодня он – генеральный директор Московской филармонии).

Согласно обвинительному заключению, Софья Апфельбаум вошла в преступный сговор с Кириллом Серебренниковым и другими подельниками из "Седьмой студии", разработав план по хищению государственных средств. В 2011 году "Седьмая студия" получила от государства 10 млн рублей – в рамках открытого конкурса, в котором организация была единственным участником. В 2012–2014 гг. проект получал прямую субсидию в размере около 70 млн в год. Всего на "Платформу" было выделено 216 млн рублей. Следствие считает, что и конкурс Апфельбаум "подогнала" под "Седьмую студию", и все остальные условия сотрудничества тоже, а потом "ввела в заблуждение" своих коллег в Минкульте, так что никто не стал проверять, на что были потрачены выделенные на "Платформу" деньги.

Директор Мультимедиа-арт музея Ольга Свиблова и президент Дмитрий Медведев осматривают экспозицию музея перед встречей с деятелями культуры
Директор Мультимедиа-арт музея Ольга Свиблова и президент Дмитрий Медведев осматривают экспозицию музея перед встречей с деятелями культуры

Исходя из показаний Апфельбаум, организовать такую аферу было не в её силах. В Минкульте, как оказывается, заранее не знали о знаменитой встрече с деятелями культуры президента Медведева в Мультимедиа Арт Музее 24 марта 2011 года, на которой Кирилл Серебренников озвучил свои предложения по "Платформе". Достаточно часто Администрация президента просит у профильных министерств материалы при подготовке таких встреч, но, как уверяет Апфельбаум, они сами узнали о ней, только когда получили поручение президента "проработать" инициативу, причём направлено оно было не только тогдашнему министру культуры Александру Авдееву, но и вице-премьеру Александру Жукову, который через три дня ещё и прислал в Минкульт собственное поручение об исполнении поручения президента. Срок на подготовку предложений был дан месяц, но за месяц не управились, поэтому в апреле вице-премьер Жуков присылает ещё одно поручение министру Авдееву, а в сентябре отправляет поручение в Минфин – найти необходимые средства. По словам Апфельбаум всё это свидетельствует об одном: с самого начала на высшем уровне проекту "Платформа" уделялось повышенное внимание, в принятии решения участвовали первые лица государства, причём Минкульт играл и вовсе последнюю роль, что уж говорить о Софье Апфельбаум, у которой на тот момент не было даже права финансовой подписи.

В марте 2012 года министр культуры Авдеев, получив поручения президента и вице-премьера, спустил их своим подчинённым с пометкой, что предложения должны быть разработаны вместе с автором проекта режиссёром Серебренниковым.

Министерский треугольник

По слухам, проблемы у Кирилла Серебренникова и его коллег начались после выхода на сцене "Гоголь-Центра" спектакля, а затем и фильма "Мученик"
По слухам, проблемы у Кирилла Серебренникова и его коллег начались после выхода на сцене "Гоголь-Центра" спектакля, а затем и фильма "Мученик"

Впрочем, если президент поручил, это вовсе не значит, что получится выполнить. Апфельбаум рассказывает, как 7 апреля 2011 г. начальник департамента Александр Шалашов собрал специальное совещание, чтобы найти способы профинансировать идею Серебренникова. Стандартная конкурсная процедура подразумевает, что в тендере может участвовать кто угодно, но как быть с авторскими проектами? По словам Апфельбаум, директор департамента экономики и финансов Минкульта Сергей Шевчук рассказал тогда, что помимо госконтрактов есть ещё прямое субсидирование проектов, о нём в театральном отделе не знали. Тот же Шевчук сообщил, что субсидию могла получить только некоммерческая организация – Серебренников должен был или создать новую, или найти уже действующую. Так появилась автономная некоммерческая организация (АНО) "Седьмая студия".

Но даже и тогда, уверяет Апфельбаум, не было гарантии, что деньги выделят и "Платформа" будет жить: всё могла поглотить бюрократия. Дальше пошла кропотливая работа: доклады правительству, расширенные доклады правительству с суммами, которые предполагалось тратить на разные направления (театр, музыка, танец, медиа-арт), наконец, проект распоряжения Правительства о реализации "Платформы", который отдел Апфельбаум готовил совместно с командой "Седьмой студии" в течение 9 месяцев. Его сначала следовало утвердить с Минфином, который постоянно вносил правки: Минкульт отправил в Минфин 44 версии документа, финальный был утверждён лишь в ноябре 2011 года. Впрочем, потом вопросы к документу возникли у Минюста. По словам Апфельбаум, Минкульт оказался меж двух огней: Минюст не одобрил документ, по сути подготовленный Минфином, а Минкульт был лишь посредником. Проблема стала предметом специального совещания в аппарате Правительства, в итоге одобрили документ в редакции Минюста, но не утверждённый Минфином. "Это один их самых сложных проектов, где мне приходилось участвовать, – говорит Апфельбаум, уточняя, что, если бы была цель похитить деньги, вряд ли они пошли бы по такому длинному пути. – Это считалось большой победой, это было первое постановление Правительства на поддержку искусства в такой форме, где некоммерческой организации доверялось создавать новые художественные произведения".

Пока Апфельбаум вспоминает, что даже Михаил Швыдкой упомянул "Платформу" в колонке в "Российской газете", на телефон приходит сообщение о смерти Бернардо Бертолуччи.

Очереди не было

Субсидию получить можно было только в 2012 году, бюджет на 2011-й был уже свёрстан. Отвечать президенту, что проект откладывается на полтора года, было как-то не комильфо, и тот же директор департамента экономики и финансов Сергей Шевчук предложил наскрести по сусекам Минкульта 10 млн рублей, которые команда Серебренникова ("Седьмой студии" тогда ещё не было) могла получить через процедуру конкурса.

Сцена из спектакля "Отморозки"
Сцена из спектакля "Отморозки"

По словам Апфельбаум, на допросах её вообще не спрашивали про конкурс 2011 года, лишь из обвинительного заключения она узнала, что, по мнению следствия, давала указания своей коллеге Олесе Махмутовой, которая готовила конкурсную документацию, создать конкурсные условия, благоприятные именно для "Седьмой студии", а Махмутова выполняла её просьбы, не осознавая преступного характера своих действий. Апфельбаум на суде заявила, что Махмутова вовсе ей не подчинялась, а документация в любом случае утверждалась начальником департамента Алексеем Шалашовым и передавалась в специализированную организацию ООО "Конкурсные торги", которая проверяла её на соответствие закону. Договор с этим ООО заключал Отдел экономики и финансов. Апфельбаум отношения к процедуре не имела.

В конкурсе, и правда, был только один участник, впрочем, как говорит Апфельбаум, в 2011 году в Минкульт "не выстроилась очередь" из желающих продвигать современное искусство, к тому же и проект был авторский, представленный президенту, – никто, кроме команды Серебренникова не мог его реализовать.

В сентябре неожиданно уволился один из замов Шалашова, сам он был в отпуске, и право финансовой подписи перешло к Апфельбаум, именно она подписала госконтракт с "Седьмой студией", а потом и первый промежуточный акт сдачи-приёмки. Последующие акты подписывал сам Шалашов.

Кирилл Серебренников
Кирилл Серебренников

Апфельбаум также вменяют в вину, что она не проверила, как "Седьмая студия" тратила государственные деньги: финансовые отчёты были, но первичную документацию никто не запрашивал. "Для меня было шоком, что следствие считало, что наш департамент должен был проверять первичные документы, мы никогда с ними не работали, у нас не было на это полномочий. К сотрудникам департамента требования как к театроведам, искусствоведам, они не бухгалтеры и не юристы. Конечно, качество договоров, которые "Седьмая студия" заключала с контрагентами, – это ответственность "Седьмой студии", – говорит Апфельбаум. По её словам, финансовые отчёты отправлялись в Отдел экономики и финансов, его специалисты могли запросить первичную документацию, если бы у них возникли подозрения в том, что деньги расходуются не по назначению. Подозрений таких ни у кого не возникало: в прессе выходили десятки рецензий на спектакли "Платформы", всё это попадало в обзоры прессы, которые просматривала Апфельбаум и её коллеги, а также в "творческие отчёты", которые присылала в Минкульт "Седьмая студия". Впрочем, и денег по сравнению с другими театральными проектами выделялось немного. Режиссёр Серебренников специально спрашивает Апфельбаум: 70 млн – "это большая субсидия или маленькая?" Средний размер субсидии небольшого московского театра – 100 млн рублей, говорит Апфельбаум. Московская биеннале современного искусства, которая проводится раз в два года и представляет из себя серию выставок, обходится бюджету в 60–80 млн. Да что там: один павильон на Венецианской биеннале стоит 20–22 млн. Сумма в 70 млн, по мнению Апфельбаум, "не представляется завышенной".

Владимир Мединский , настоятель Сретенского ставропигиального монастыря архимандрит Тихон (Георгий Шевкунов), президент России Владимир Путин и патриарх Московский и Всея Руси Кирилл
Владимир Мединский , настоятель Сретенского ставропигиального монастыря архимандрит Тихон (Георгий Шевкунов), президент России Владимир Путин и патриарх Московский и Всея Руси Кирилл

По словам Софьи Апфельбаум, если придираться к финансовым и творческим отчётам, там и правда можно найти некоторые несоответствия, когда вместо спектакля с одним названием выходил другой или на афише название значилось по-русски, а в отчёте по-английски, но это больше свидетельствует о небрежности при работе с документами, чем о хищениях. Впрочем, как следует из показаний Апфельбаум, "Седьмая студия" всё же не всегда тратила деньги в согласии с Минкультом: так Апфельбаум прямо говорила своим коллегам, что "Седьмая студия" не имеет права покупать рояль, который вызвал столько вопросов у следствия. Рояль тем не менее купили. Апфельбаум, впрочем, не смогла вспомнить, в соответствии с каким документом получатели субсидий не могут приобретать оборудование – такова была позиция Отдела экономики и финансов, посчитавшего, что временным проектам типа "Платформы" дорогостоящее оборудование в собственности ни к чему. После того как "Платформа" прекратила существование, рояль был передан на "ответственное хранение" в "Гоголь-центр" и до сих пор используется в спектаклях.

Идеологические разногласия

Фамилия сегодняшнего министра культуры Владимира Мединского не звучит на заседании суда, но понятно, что именно с его отношением к "Платформе" и к современному искусству вообще связана скоропостижная кончина проекта. "Проект был резонансным, – вспоминает Софья Апфельбаум. – В 2013–2014 годах отношение к нему несколько менялось, высказывались разные точки зрения на эстетические какие-то моменты".

Кирилл Серебренников произносит речь на закрытии проекта "Платформа"
Кирилл Серебренников произносит речь на закрытии проекта "Платформа"

В мае 2014 года в Минкульт пришёл запрос из Правительства по поводу "Платформы", отдел Апфельбаум отчитался о проведённых мероприятиях. В том же месяце вице-премьер Ольга Голодец направляет поручения в Минкульт и Минфин проработать дальнейшее финансирование проекта отдельной строкой в бюджете в 2015–2017 гг. "Мы должны были вместе с Минфином написать письмо, – рассказывает Апфельбаум. – Минфин нам письмо вовремя не написал, я спросила у замминистра [культуры] Елены Миловзоровой, она сказала, что министр [Мединский] поручил написать письмо, что мы проект заканчиваем и больше он финансироваться не будет. Я спросила: "Как так? Только что же писали". Она развела руками, сказала, что такое решение министра". 14 июля 2014 года в Правительство поступило письмо из Минкульта, где говорилось, что проект "Платформа" "выполнил свою функцию". 15 июля в Минкульт пришло запоздалое письмо Минфина о финансировании "Платформы" на следующие три года, но на него уже никто не ответил. Любопытно, что поручение правительства о финансировании "Платформы" действовало ещё аж в 2016 году – вполне возможно, что до этого времени на "Платформу" выделялись деньги. Сама Апфельбаум этого уже знать не может: в ноябре 2014-го министр Мединский уволил её из-за "идеологических разногласий".

XS
SM
MD
LG