Linkuri accesibilitate

Лилия Каланча: «Нельзя обсуждать серьезные проблемы, если в голове пустота»


Лилия Каланча

Диаспора и родина, избиратели и политики, равнодушие и надежды

Гость кишиневской студии Свободной Европы – писательница Лилия Каланча, которая уехала из Молдовы около двадцати лет назад, но в Кишинев она по-прежнему регулярно приезжает. На этот раз поводом стала презентация ее новой книги Bocete de nuntă. Schițe și povestiri («Свадебные причитания. Очерки и рассказы)».

Свободная Европа: Многие задаются вопросом – есть ли смысл оставаться в Республике Молдова, не пора ли собирать чемоданы. Другие же, напротив, уверены, что спасти наше государство могут только мигранты – если они вернутся. Что вы думаете по этому поводу?

Лилия Каланча: Мы не спасатели, разве что в определенном, строго ограниченном смысле. Но это действительно очень печально. Самолет, на котором я прилетела, был забит до отказа нашими гражданами, которые в эти дни едут домой. И, глядя на них, я подумала, что самые везучие возвращаются к живым еще родителям, а вот другие едут именно на Радуницу, навестить могилы родных и близких...

Я все чаще приезжаю ради светлой памяти моих ушедших родственников, за рубежом у меня вообще мало родных. Родители мои, слава Богу, живы, они в Республике Молдова, и это самая большая моя радость – я приезжаю к ним, мне есть к кому возвращаться!

Свободная Европа: Ради них вы так часто приезжаете в Молдову?

Лилия Каланча: Да, разумеется, ради родителей и читателей. Они – моя сила.

Свободная Европа: Но эти краткосрочные наезды домой тех, кто обосновался где-то за рубежом, в числе которых и вас, – эти приезды на пару дней не могут спасти Республику Молдова от бед, не могут решить проблем, с которыми сталкиваются те, кто остался на родине...

У многих берет верх, скорее, облегчение, что удалось вырваться, и больше уже ничего не интересует

Лилия Каланча: Увы, не могут. Мы можем заявить о себе разве что на выборах или показать свою любовь, отправляя домой деньги, – но эти действия представляются малозначимыми. Вот если бы всем нам сплотиться!.. Нас ведь за рубежом очень, очень много – и если каждому приложить пусть какие-то небольшие усилия, мы могли бы стать очень серьезной силой и многое изменить на родине. Но наша проблема в том, что каждый сам по себе...

Свободная Европа: Кто тогда может превратить нынешнюю Молдову в счастливую страну, которая смотрит в завтрашний день с надеждой?

Лилия Каланча: Надежды остается все меньше, у многих надежды уходят, как вода в песок. Что касается меня, я, похоже, всегда буду жить с надеждой. Может, это у меня врожденный оптимизм, а может, уже и болезнь, я сама не могу разобраться. Да и еще окружающие подливают масла в огонь: «Что за книгу ты написала про Молдову?» – потому что речь идет о новой книге «Bocete de nuntă», презентация которой будет 8 мая – «Почему такой резкий поворот после двух романов о любви? А как же обещанная книга про Грецию?..»

Афиша презентации книги Bocete de nuntă
Афиша презентации книги Bocete de nuntă

По сути, там один персонаж, сквозной герой, вокруг которого вращаются другие действующие лица, и вдруг появляюсь я – со своими свадебными причитаниями, с обложкой, на которой молдавский рушник, prosop... Это рушник со свадьбы моих родителей, о существовании которого не знали даже они сами, – но все вышло так, как вышло. Все это пришло само по себе, естественным образом, как озарение. Ничего подобного я не планировала, и сейчас я в недоумении спрашиваю себя: откуда все это пришло? Неожиданно захлестнуло такое острое, необъяснимое чувство, – и понеслось…

Должна была увидеть свет другая книга, я и читателям говорила, что готовила книгу о Греции, греческий дневник – и вдруг я выхожу с книгой, в которой собрала всех своих мертвецов, всех мертвецов моего детства. Мне говорят: «Понятно, тоска заела!» Но минуточку, не дай Бог, но если ты вдруг осознаешь, что у тебя за спиной целое кладбище родных и близких людей!.. Тут и не так затоскуешь!..

Я понимаю боль родителей, дети которых уехали за тридевять земель на заработки; понимаю и тоску уехавших по оставшимся дома. Но это не самая большая трагедия, всегда остается надежда, что за разлукой будет встреча. А когда у тебя настоящее кладбище – вот это действительно страшно.

Еще меня спрашивают: «А почему именно сейчас – и именно об этом?» Что я могу ответить... Вот так бывает, нахлынет вдруг! Просто дожил до определенного возраста – и тут понимаешь, что если не вернуться хоть немного к истокам, то можно в этом мире потерять самого себя. И тогда ты спрашиваешь себя: «А что я делаю здесь, в этом месте? Почему так далеко до того, что всего важнее, – почему так далеко от корней?»

Свободная Европа: Но эта идея, что если наши соотечественники вернутся домой и активно подключатся к общественно-политической жизни, что если бы они стали министрами, депутатами, заняли пост премьера и президента, то это может стать спасением – эта идея имеет под собой основание? Или те, кто уехал, навсегда простились с Молдовой, прижились на новом месте, и там им и так хорошо? Потому что там – Запад, потому что там – цивилизованный мир, потому что там справедливый суд?..

Лилия Каланча: На этот вопрос я отвечу после презентации книги в Брюсселе. Должна сказать, что наши мигранты, участвуют они в общественной или экономической жизни страны или нет, они все равно не могут оставаться равнодушными, когда речь идет о Республике Молдова!

Настанет день, когда мы осознаем, что по одиночке мы пропадем, что надо объединиться

Я часто себя спрашиваю – может ли писатель изменить что-то на более серьезном уровне, а не только написав книжку, и вот, мол, приходите, пожалуйста, на презентацию! Я часто думаю об этом, и слишком больших иллюзий на этот счет не строю. Но я уже познала силу слова, потому что пишу сравнительно давно. Я хорошо знаю свою читательскую аудиторию, знаю, что она очень неоднородна, что читатели мои очень разные. Среди них много, очень много людей с определенным политическим весом, руководителей разного ранга. Я говорю об этом без ложной скромности, просто я хорошо знаю своего читателя, мы тесно общаемся, и я могу сказать, что многие из них куда образованнее и интеллигентнее меня.

Мы разные – но мы влияем друг на друга, мы духовно обогащаем друг друга. И когда человек приходит ко мне и спрашивает о той или иной книге, а я знаю, что речь там о Молдове – это мне о многом говорит, для меня очень показательна реакция на книгу или на какой-то текст, – у меня своя страница, где я пишу о Молдове и ее людях. Статистика страниц в фейсбуке показывает, что люди ищут материалы про Молдову, и я вижу повышенный интерес ко всему, что связано с Молдовой.

А когда есть интерес к каким-то жизненным историям, это значит, что человек чего-то не понимает и пытается получить ответ на какие-то мучавшие его вопросы. И он уходит в поиски!,. В моих книгах очень много вопросов, связанных и с Молдовой, и с ее людьми. И даже в этой книге из 15 текстов семь посвящены исходу – тем, кто уехал. Это не просто статистика, это конкретные судьбы: человек уехал – и что после него осталось. Или, например, когда речь идет о самоубийстве... Мы смотрим новости и сокрушаемся: бедный, покончил с собой… А я показываю, как человек дошел до последней черты – и как этого избежать.

Нельзя сделать что-то для своей страны, если ты ее не любишь

Свободная Европа: Скажите, а там, за рубежом, скажем, в Брюсселе, живущие там наши сограждане понимают, что оставшиеся дома молдаване связывают с ними свои надежды?

Лилия Каланча: Боюсь, не понимают, и особенно те, кто не имеет широкого доступа к более объективной информации на других языках, помимо румынского. Прискорбно, что люди не понимают, насколько много от них зависит. Но этот сакральный шепот родины – он у каждого свой, и звучит по-разному. Но у многих, к сожалению, берет верх совсем иное чувство – скорее, облегчение, что удалось вырваться, и больше уже ничего не интересует.

Свободная Европа: Вы говорили о сплочении, о единстве. Но сейчас, увы, молдавское общество больше характеризует слово «раскол».

Лилия Каланча: Об этом больно говорить, но именно таким я и вижу молдавское общество.

Свободная Европа: А коли нет единства – или нет идеи, которая могла бы сплотить общество, то какое будущее нас ждет?

Лилия Каланча: Настанет день, когда мы осознаем, что по одиночке мы пропадем, что надо объединиться вокруг какой-то общенациональной идеи.

Свободная Европа: Когда-то вы говорили, что Евросоюз и евроинтеграционный путь могут спасти Молдову. Сейчас вы уже так не думаете?

Лилия Каланча: Шансы были, но они упущены. Это самая большая проблема, потому что люди, которые получили возможность вести диалог с великими державами, не обладали, к сожалению, нужными качествами. Поэтому надо быть предельно внимательными к тому, кого мы выбираем, и за кого мы голосуем. Нельзя обсуждать серьезные проблемы, если в голове пустота, нет четкой стратегии и конкретной программы. Нужно опираться на компетентную команду образованных и опытных людей, которые – не в последнюю очередь! – по-настоящему любят свою родину!

Это звучит патетически, да, но нельзя сделать что-то для своей страны, если ты ее не любишь. И любовь эта измеряется не отправленными домой деньгами или еще чем-то в таком же роде… Нет! Любовь – это простые, предельно простые вещи, а если ты еще и образованный человек, то эта любовь может проявиться, скажем, в каких-то проектах – главное, чтобы все было сделано с умом. Но наша большая проблема как раз в том, что многие из тех, кому удалось выкарабкаться, часто оказываются не в состоянии трезво оценивать ситуацию.

Ты не знаешь, когда человек надевает маску и просто болтает о своей любви к родине, а на деле его слова не стоят и ломаного гроша

Свободная Европа: Все, кто находился у власти в Республике Молдова, всегда говорили – и продолжают говорить! – что национальный интерес важней всего…

Лилия Каланча: Это лишь слова, и мы не раз в этом убеждались. Беда наша в том, что мы верим красивым словам – и верим тем, кто сладко поет. Казалось бы, ну, один раз обожглись, два раза – и хватит уже! Но нет, нашего скоро уж тридцатилетнего (!) горького опыта все еще недостаточно, мы никак не поумнеем, никак не поймем, что красивые слова не приносят плодов.

Лучше говорить меньше, а делать больше. Я не могу понять: политика, мне кажется, это такая область, где слишком много говорят – и слишком мало делают, или делают, но для себя, а не для государства, каждый занят наполнением своих карманов.

В цивилизованных странах, где многое делается для людей, все начинается с любви к родине, к своему городу, к своей улице, к своему двору – посадить дерево, вырастить цветок… С этого начинается любовь к родине! И так, по своей дорожке, ты идешь вперед, и поднимаешься выше, ступенька за ступенькой… Но ты всегда помнишь о своем дворе, своей улице, о своем городе. Иначе ничего не получится.

Свободная Европа: Вам знакома ситуация, которая сложилась в Молдове после парламентских выборов. Ваше мнение – кому можно доверить управление страной?

Лилия Каланча: А если я скажу, что заслуживает тот, кто больше любит Молдову? Но что с того, ведь никто не скажет, что себя он любит еще сильнее… Все дело в том, что ты не знаешь, когда человек надевает маску и просто болтает о своей любви к родине, а на деле его слова не стоят и ломаного гроша. С этим у нас сложно...

XS
SM
MD
LG