Linkuri accesibilitate

Виктор Лутенко: «Мозговая анорексия — самая большая трагедия Молдовы»


Виктор Лутенко

Нельзя надеяться на инвестиции от представителей диаспоры, если инвестиций вообще нет – такого мнения придерживается экс-глава Бюро по связям с диаспорой Виктор Лутенко. Он уверен, что если власть хочет наладить диалог с диаспорой, сначала необходимо завоевать доверие сограждан, но до этого еще далеко.

Свободная Европа: Чего хочет диаспора – и что может сделать?

Виктор Лутенко: Диаспора может сделать гораздо больше для Республики Молдова, чем то, что ей позволено сегодня!.. Что же диаспора хочет? Думаю, что если говорить о желаниях, то в диаспоре много наших соотечественников, которые хотели бы – и могут! – сделать большее. Пусть и не всегда для Молдовы, пусть и ради собственных интересов, известно же, что своя рубашка ближе к телу, – тем не менее, это очень важный момент и возможность, которую нельзя сбрасывать со счетов.

Когда Бюро по связям с диаспорой только появлялось, мы руководствовались несколькими базовыми идеями, в частности, о том, что диаспора – самая крупная неиспользованная возможность для развития Молдовы.

Свободная Европа: А как можно освоить этот потенциал – диаспору, людей, человеческий капитал?..

Виктор Лутенко: Как раз этого никто и не делает! Ведь нельзя просто так прийти в диаспору и попросить инвестиций, участия или чего-то еще – без того, чтобы вкладывать усилия и средства для налаживания постоянного диалога, без того, чтобы выслушать людей, дать возможность влиять на какие-то процессы, происходящие в стране, приглашать представителей диаспоры для обмена знаниями и опытом…

Свободная Европа: Вы имеете в виду власть?

Виктор Лутенко: Да, правительство Республики Молдова. Это просто непорядочно – держать диаспору на расстоянии, вспоминая раз в четыре года, когда граждан начинают обхаживать со всех сторон, советуя «голосовать правильно» и призывая «подождать еще немного», вот, мол, придумаем еще какую-то программу, чтобы привлечь ваши инвестиции. Так быть не должно!

Диаспора не ждет какой-то конкретной программы, диаспора ждет другого отношения, а его же сымитировать невозможно, оно либо есть, либо нет, и это не конструкция какая-то, которую можно сделать за ночь. Когда наше Бюро начинало работать, мы оттолкнулись от экономических, культурных программ, мы начинали с ориентационных программ, с пересмотра принципов и способов взаимодействия молдавского правительства с диаспорой... Эта работа ведется через посольства и официальных лиц.

Теоретически ни один зарубежный визит представителей молдавского правительства не должен проходить без встреч с диаспорой – и неважно, какой она будет – приятной или не очень, легкой или трудной.

Свободная Европа: На бывшем советском пространстве известны случаи, когда представители диаспоры становились двигателями перемен. И молдаване тоже надеются на соотечественников, которые работают за рубежом… Но, увы, на встречах с диаспорой убеждаешься, что люди вовсе не спешат возвращаться в Молдову.

Виктор Лутенко: Почему-то мы всегда судим о диаспоре как о некой унитарной массе, считаем, что если диаспора голосует, то каким-то одним определенным образом, а если диаспора хочет вернуться домой – то почти все. Или наоборот, если люди хотят остаться, то все хором и дружно. Но это же не так, диаспора разнообразна, как и все молдавское общество.

В диаспоре вы не найдете населенного пункта, где живут более тысячи молдаван – и где бы не было двух церквей, одна будет принадлежать Бессарабской, другая Молдавской митрополиям. В диаспоре прослеживаются в точности такие же линии раскола, как и в самой Молдове, так что везде вы встретите людей, абсолютно уверенных, что им больше нет никакого дела до Молдовы...

Нет в этом мире богатой страны, где сельское население составляет более 50%

Свободная Европа: А насколько реальна эта идея о том, что вывести Молдову из болота можно с помощью диаспоры?

Виктор Лутенко: Если в стране не сформируется критическая масса, никто не сможет нам помочь! Ни американцы, ни европейцы, ни собственная наша диаспора!.. Диаспора может стать очень важным вспомогательным ресурсом. Да, если в правительстве, в парламенте у нее будут 2-3 или 10-20-30 человек, с деньгами или без, на уровне инвестиций – да, она может способствовать, да, диаспора может ускорить определенные движения, которые происходят в стране. Но диаспора не может заменить двигателя, который должен быть здесь, на месте.

Свободная Европа: Идея состоит в том, что произошла мощнейшая утечка мозгов, и в Республике Молдове мало осталось людей, которые знали бы, как обустроить страну.

Виктор Лутенко: Это правда, и это не только утечка мозгов, все на самом деле еще хуже! Сколько образованных людей покинули Молдову… Врачи, учителя бросили все и уехали за рубеж, занимаются там тяжелой работой, теряя квалификацию. Эта мозговая анорексия и есть самая большая трагедия Молдовы.

С другой стороны, можно говорить и о солидной добавленной стоимости этого явления, так как значительная часть нашей молодежи получила образование за рубежом – и это куда более качественные знания. К сожалению, мы не смогли предложить им ничего серьезного... Повторяю еще раз: диаспора не ждет от родины каких-то особых предложений. Молдаване, которые обосновались в Бостоне, не ждут, чтобы дома им предложили такой же уровень жизни, что и в Бостоне. Например, в апреле 2009 года волна преобразований, ожиданий заставила многих молдаван вспомнить о родине, и многие из них действительно тогда вернулись...

Свободная Европа: ...чтобы после этого сказать, что их ждало еще большее разочарование, что у них украли надежду.

Виктор Лутенко: Увы, это так. Поэтому аналогичного порыва ждать не стоит, люди же вспомнят, как обожглись в первый раз… Но я что хочу сказать: тогда не произошло ни экономического взлета, ни скачка в смысле уровня жизни, толчок коснулся исключительно сферы ожиданий, а это дает определенный повод для оптимизма: оказывается, не полностью исчерпан духовный запал, оказывается, есть еще люди, готовые подставить плечо, помочь – но опять же, надо помочь и им, надо создавать им определенные коридоры и условия.

Свободная Европа: Самые большие опасения связаны с тем, что продолжается депопуляция Молдовы, люди продолжают уезжать, а экономическое развитие стагнирует. Опустевшая Молдова – это страшно…

Виктор Лутенко: Опять эти причитания по поводу умирающих и опустевших сел!..

Умерли села? И до свидания! Сосредоточимся на жизнеспособных населенных пунктах

Свободная Европа: Демографы бьют тревогу.

Виктор Лутенко: Знаете, что я скажу? Нет в этом мире богатой страны, где сельское население составляет более 50% – такой страны просто не существует!

Когда мы призываем вернуться к нашим селам, к сельскому хозяйству, любить наши села, мы тем самым говорим совсем другое. Мы говорим, что хотим оставаться бедными, что нас это устраивает. Но так быть не должно!

Мы не можем развиваться без урбанизации, а урбанизация невозможна без исчезновения определенной категории сел. Не мешайте им, дайте им исчезнуть! Села умирают естественной смертью, в результате миграции, и в основном за счет внутренней миграции. Люди уезжают из сел в города – это во-первых. Просто на уровне страны этого не видать, и мы не можем разграничить – уехал человек в Италию или в Кишинев, хотя оба случая способствуют депопуляции, и складывается ощущение, что все уезжают из сел в другие страны.

Виктор Лутенко
Виктор Лутенко

Свободная Европа: Население Молдовы когда-то превышало четыре миллиона человек. Сейчас не наберется и трех.

Виктор Лутенко: Правильно! Более четырех миллионов составляло население Молдовы при том демографическом давлении, которое проводилось во времена Советского Союза.

Свободная Европа: Я говорю о периоде после 1990-го…

Виктор Лутенко: И мой отец, думаю, тоже находился под давлением «налога на бездетность» или как он там назывался… Крайности всегда вредны, что в Китае с политикой «одна семья – один ребенок», что в СССР с налогом на бездетность.

Отношения между властью и диаспорой строятся исключительно на вопросе «проголосуешь или нет?!»

Я что хочу сказать? Нельзя давить на демографические процессы и надеяться, что обойдется без последствий. Мы сейчас в некотором роде пожинаем плоды определенных стратегий, которые применялись 20-30 лет назад. Но это не трагедия, мы просто должны адаптироваться к сложившейся ситуации и попытаться использовать все имеющиеся экономические возможности. А вот то, что мы цепляемся за бесперспективные села, пытаемся сохранить их любой ценой – вот это мне представляется огромной ошибкой.

Умерли села? И до свидания! Сосредоточимся на жизнеспособных населенных пунктах, у которых есть экономические перспективы.

Тот факт, что эти села расплодились в советские времена исключительно благодаря тому, что кому-то было удобно держать крестьянина с сапой в руке поближе к этим землям, которые нужно было обрабатывать – что ж, тогда было так. Но жизнь-то меняется, и нам это сегодня уже не нужно, это пройденный этап. У существования многих сел уже нет ни малейшего экономического обоснования.

Свободная Европа: Диаспора разделена как и сама Молдова – одна часть смотрит на Россию, другая на Запад. Насколько важен политический выбор диаспоры?

Виктор Лутенко: Политический выбор очень важен. Я бы даже сказал, что в некотором роде молдаване диаспоры более вовлечены в политическую жизнь. Или, как минимум, они больше интересуются политикой, и они в курсе всего происходящего. По моему мнению, прослеживается четкое разделение между теми, кто смотрит на Восток, и теми, кто смотрит на Запад.

Свободная Европа: Ну, вот глава государства Игорь Додон говорит, что его больше заботит социальная защита наших соотечественников, работающих в России, а власть не скрывает, что ей больше хотелось бы сблизиться с диаспорой на Западе…

Виктор Лутенко: Не знаю, на самом ли деле так говорит Игорь Додон, но его действия ясно на это указывают. И я не думаю, что власть так уж заботиться о западной диаспоре, потому что эта диаспора вряд ли массово проголосует за нее… Это на самом деле проблема, потому что у нас отношения между властью и диаспорой строятся исключительно на вопросе «проголосуешь или нет?!»

Именно этим и вызвано глубокое недоверие к правительству Республики Молдова, которое наблюдается со стороны диаспоры. Потому что не существует понятия «правительство» как институт, понятие «правительство» воспринимается как нечто абстрактное, а вот кто контролирует его – это очень важно… Это действительно серьезная проблема, потому что люди привыкли к институтам, они хотят доверять институтам. И неважно, кто его возглавляет, представитель партии справа или слева, институты работают по правилам государства, а не партий.

Одно дело – быть депутатом по Окницкому округу, и другое – по западноевропейскому!

У нас, к сожалению, этого нет, мы не сумели создать такую конструкцию. Если же мы действительно хотим привлечь этих людей на свою сторону, надо дать им возможность участвовать в выборах максимально свободно, максимально облегчить им условия для этого, а не менять правила игры от выборов к выборам. Мы должны мотивировать их участие в выборах, и если появилась возможность сделать что-то конкретное – надо сделать, а не устраивать какие-то неожиданные сюрпризы, а потом говорить: «Но вы знайте, что мы все равно ждем вас домой».

Если была возможность увеличить число бюллетеней для голосования на определенных участках или открыть какие-то дополнительные участки для голосования, что позволило бы избежать очередей, – это надо было сделать. Но мы проигнорировали это при рассмотрении соответствующего законопроекта в сентябре прошлого года, если я не ошибаюсь... Это стало ошибкой.

Свободная Европа: Тот факт, что у диаспоры будут свои представители в парламенте, что-то изменит в отношениях между Молдовой и диаспорой?

Виктор Лутенко: Надеюсь!.. Надеюсь, что люди, которые пройдут в парламент, не забудут, кто их избрал, как, к сожалению, у нас часто случается. Когда депутат попадает в парламент по избирательному округу, его уровень репрезентативности гораздо шире, так как он представляет целый округ – и отвечает перед целым округом. Я очень надеюсь, что между депутатом и его округом сложатся крепкие отношения, что между ними появится конкретная связь в плане выполнения обещаний. Но я не знаю, как все это будет происходить, у нас нет опыта выборов по мажоритарной системе, нет опыта по части выстраивания подобных отношений и связей...

Лично мне очень интересно, как эти люди будут работать, как они смогут вернуться назад, одной ногой быть здесь, другой – там. Одно дело быть депутатом по Окницкому округу, и совсем другое – по западноевропейскому! Что ни говори, география другая... Но будет интересно.

Свободная Европа: Каким вам видится будущее Молдовы, скажем, в ближайшие десять лет?

Виктор Лутенко: Немного в тумане, я бы сказал. Я вряд ли рискну предсказывать, что преподнесут нам даже ближайшие четыре года! Хочется быть оптимистом, но, судя по тому, что происходит в мире, я не думаю, что нас ждут хорошие или легкие времена. Ситуация усложнится, соответственно, всем нам, не только правительству, но и общественным организациям нужно думать о предстоящих вызовах.

Надеюсь, мы в Молдове поймем, что самое ценное в этом мире – люди

За десять лет, я думаю, ситуация очень сильно изменится, прежде всего, на уровне климата. Да и с демографической точки зрения нам тоже не позавидуешь, мы вместе с Европой окажемся под сильным давлением со стороны Юга, потому что через десяток-другой лет центр демографического роста переместится из Восточной и Юго-Восточной Азии в Африку, где уже сегодня идет серьезный демографический рост.

Эти люди не будут сидеть на месте, они будут двигаться. И те меры, которые предпринимает сегодня Евросоюз в плане усиления мониторинга миграционных потоков, развертывания каких-то сдерживающих механизмов на внешних границах на юге и востоке – вряд ли все это надежно и долгосрочно. Государства там слишком слабы, Турция и Ливия уже сталкиваются с очень большими проблемами. Поэтому будет непросто. Если сейчас мы с большим трудом, но еще держимся, то с годами оно будет становиться все труднее и труднее.

В то же время мы быстро адаптируемся к новым условиям, мы учимся на ошибках и трудностях. Надеюсь, мы в Республике Молдова поймем, что самое ценное в этом мире – люди, которые готовы что-то менять, что-то делать. Надеюсь, что и власть, и политические партии, и все, кто хотят для Молдовы перемен, поймут это и сконцентрируют свое внимание именно на людях. И тогда, я думаю, у нас есть шансы!

XS
SM
MD
LG