Linkuri accesibilitate

Владимир Сокор: «Хватит говорить о российских миротворческих войсках — это не миротворцы»


Приднестровский вопрос обсуждался на минувшей неделе в Москве во время визита в Россию действующего председателя ОБСЕ, министра иностранных дел Швеции Анн Линде. В середине месяца Анн Линде собирается в Республику Молдова, планирует она посетить и Тирасполь. Недавно в Молдову приезжал и специальный представитель ОБСЕ по приднестровскому урегулированию Томас Майер-Хартинг. Как сообщила миссия ОБСЕ в Кишиневе, визит касался изучения нынешней ситуация переговорного процесса, также обсуждались приоритеты на 2021 г. Политический аналитик Владимир Сокор уверен, что ОБСЕ и в дальнейшем продолжит отстаивать интересы России и представителей Тирасполя в переговорном формате «5+2».

Владимир Сокор: Во-первых, все мы уже около тридцати лет понимаем, что ОБСЕ — организация несерьезная, у нее отсутствуют властные рычаги, и ничего решить ОБСЕ не в состоянии. Суть деятельности ОБСЕ — заниматься нерешенным конфликтом вечно. Короче говоря, давайте не будем говорить про Организацию по безопасности и сотрудничеству в Европе.

ОБСЕ — организация несерьезная, и ничего решить не в состоянии

Я видел новость о визите представителя ОБСЕ — и это выглядит точно так же, как было двадцать лет тому назад, или десять лет назад, или два года тому назад. Нынче — все то же самое. Впрочем, я с удовлетворением воспринял новость о том, что так называемый пакет малых шагов больше не является приоритетом — об этом все еще упоминает ОБСЕ, однако, где-то там среди прочих вопросов. И я согласен с мнением Иона Ляху: в интервью Свободной Европе он говорил, что Майе Санду встречаться с Вадимом Красносельским неуместно.

Свободная Европа: Но Игорь Додон как раз и критикует Майю Санду — за то, что она не начала диалог с лидером Тирасполя.

Владимир Сокор: Безусловно, именно этого и хотят Москва и Тирасполь — наладить прямой диалог между главами Кишинева и Тирасполя. Некоторые партийные лидеры в Кишиневе, к сожалению, поддавались этому давлению, а г-н Додон так даже с энтузиазмом решил вести такое общение, на равных... Г-жа Майя Санду не должна соглашаться на подобные авансы, — хотя бы для того, чтобы отличаться от прежних руководителей страны.

Майе Санду встречаться с Вадимом Красносельским неуместно

А теперь я хотел бы обратить ваше внимание на статью посла Михая Грибинчи, опубликованную в Ziarul național. Он призывает изменить лексикон и формат общения между Кишиневом и Москвой, и на уровне отношений с западными партнерами, в ходе дипломатических переговоров на международном уровне. Это просто необходимо — молдавской дипломатии в период президентского мандата Майи Санду следует перейти на иной язык, — если сравнивать с тем, что говорила молдавская дипломатия раньше.

Свободная Европа: А что это такое — «иной язык»?

Владимир Сокор: Предложения г-на Грибинчи, которым я аплодирую, мне хочется рассматривать шире... Хватит уже говорить о российских миротворческих войсках — это не миротворцы! У них нет соответствующего статуса, нет мандата вообще ни от кого, и это противоречат всем стандартам и правилам ООН, которые относятся к миротворческим операциям.

Молдавской дипломатии в период президентского мандата Майи Санду следует перейти на иной язык

А правила устанавливают, что миротворческие войска не могут представлять лишь одну страну, что миротворческие войска не могут быть делегированы государством, которое является стороной конфликта. Далее, миротворческая операция должна быть прозрачной, обладать международным мандатом авторитетной организации, такой как ООН или Евросоюз.

ОБСЕ никогда не выписывала миротворческих мандатов, поскольку Россия обладает в ОБСЕ правом вето. Вот потому нам больше не нужно называть эти войска миротворческими. Что угодно, но только не миротворцы!

Во-вторых, нам не нужно говорить о приднестровском конфликте или о конфликте в Приднестровье. Подобные выражения активно использовались в лексиконе молдавских дипломатов много лет, — но они ошибочны, и даже вводят в заблуждение, поскольку таким образом предполагается, что мы имеем дело с локальным конфликтом. А это не локальный конфликт — это межгосударственный конфликт, между Россией и Республикой Молдова, — это не приднестровский конфликт!

Ни в коем случае не «приднестровский конфликт». И нам не следует именовать Россию «посредником», — ведь никто не уполномочивал Россию выступать в роли посредника. Скорее, это сама Россия наделила себя такими полномочиями, после подписания меморандума Примакова в 1997 году.

Это не локальный конфликт — это межгосударственный конфликт между Россией и Молдовой

С тех пор Россия играла роль посредника, и, к сожалению, правительства Республики Молдова соглашались с подобной терминологией и установками. Во время президентства Майи Санду мы больше не должны слушать прежнюю риторику Кишинева, которая узаконивает роль России, узаконивает российскую миротворческую операцию, узаконивает предполагаемое равенство на переговорах Кишинева и Тирасполя.

Свободная Европа: Однако, могут ли поменяться позиции России в свете того, что Майя Санду возглавила Республику Молдова? Или же РФ продолжит продвигать ту же политику в отношении приднестровского конфликта, которую мы наблюдали в течение трех десятилетий?

Владимир Сокор: Конечно, Россия позиций не изменит. Но если Республика Молдова не будет защищать свои интересы, то никто вместо Молдовы этого делать не будет.

Республика Молдова как страна обязана защищать собственные интересы и формировать условия для будущего урегулирования — в интересах государства. Урегулирование не будет быстрым, когда-нибудь в будущем оно произойдет, но готовиться к этому следует уже сейчас, и Молдова должна сохранить все суверенные права в том, что относится к Приднестровью.

Свободная Европа: Подготовка начинается с разработки проекта статуса для приднестровского региона?

Владимир Сокор: Нет, ни в коем случае! В нынешних условиях Молдова не готова к абсорбции Приднестровья, Молдове сперва следует излечить саму себя, и только после этого мы будем в состоянии говорить о реинтеграции Приднестровья, — а сейчас слишком рано.

Свободная Европа: Недавно Майя Санду посетила Киев, где, в том числе, обсуждала со своим украинским коллегой Зеленским и приднестровскую проблематику. Как вы считаете, два государства могли бы более тесно сотрудничать для поиска долгосрочного решения вопроса?

Владимир Сокор: Для того, чтобы найти решения, Кишиневу и Киеву, в первую очередь, необходимо согласовать подходы. Я видел заявления в Киеве, видел их в украинской прессе. Кстати, украинская пресса чрезвычайно подробно освещала визит Майи Санду.

Молдова не готова к абсорбции Приднестровья, Молдове сперва следует излечить саму себя

По моему мнению, заявления соответствовали уровню первого контакта, но для большего таких заявлений маловато... Впрочем, это была лишь первая встреча.

Главной нотой в заявлениях было, по сути, повторение формулировки, которая уже похожа на стих, и все его знают наизусть: «мы уважаем независимость, суверенитет и территориальную целостность в рамках международно признанных границ». Это знак теоретической поддержки, но — без практических последствий.

В переговорном дискурсе Кишинева и Киева такие заявления должны сопровождаться конкретными рекомендациями и требованиями. Поэтому Киеву и Кишиневу следует согласовать общие позиции. Россия выступает с четкой позицией, и точно так же надо вести себя Киеву и Кишиневу, — чтобы защитить себя.

В том же контексте Кишинев твердит: мы требуем преобразования так называемой российской миротворческой миссии в международную полицейскую миссию с международным мандатом. Да, очень хорошо, но! В то же время министерство иностранных дел и правительство Кишинева почти ничего не сделали на международном уровне для поддержки подобных требований. Они вновь и вновь повторяют текст, как заученное стихотворение, но теорию не дополняют практические действия Кишинева.

Вот почему мы должны ожидать от г-жи Майи Санду, что она выступит с предложением перейти к практическим действиям, которые наполнят предложение конкретным содержанием. И меня вдохновляют заявления Майи Санду, прозвучавшие полтора года тому назад, когда она была премьер-министром. Она тогда весьма жестко критиковала идею малых шагов для Приднестровья. И эти заявления были высказаны в ходе визита делегации западных дипломатов.

Надеюсь, она продолжит в том же духе, покажет вектор движения министерству иностранных дел и выступит с инициативой о наполнении подходов, просьб и рекомендаций конкретным содержанием. Среди этих инициатив должна появится возможность выхода Республики Молдова из соглашения с Россией от 1992 года, относительно миротворческой операции. Притом, данное соглашение дает Республике Молдова право требовать прекращения миротворческой операции.

Соглашение 1992 года дает Республике Молдова право требовать прекращения миротворческой операции

Легким этот путь не будет, следует все очень хорошо взвесить, но подобная возможность нам необходима. Молдове надо напомнить всем собеседникам, и россиянам, и остальным, что есть и такой вариант, и Республика Молдова оставляет за собой право воспользоваться возможностью. На каком основании? На базе международного права, и с учетом норм международного суверенитета.

Но Республика Молдова должна выполнить ряд условий, главным из которых является разработка особого статуса для Приднестровья. В противном случае не будет ни территориальной целостности, ни суверенитета.

Кстати, напомню, что это — консенсус формата «5+2». Но суверенитет и территориальная целостность — это теория, которая не работает на практике. Поскольку теорию детерминирует решение Молдовы вести переговоры об особом статусе с Приднестровьем! Так что это условность... Молдове следует апеллировать к нормам международного права, которое превыше любых соглашений или предложений формата «5+2».

Предложения и дискуссии в рамках формате «5+2» не имеют значения в рамках международного права — в международном праве важен только национальный суверенитет. И эта норма превалирует над всеми условиями России, по поводу особого статуса для Приднестровья, которые согласованы в формате «5+2».

Вот почему аргумент о национальном суверенитете должен стать инструментом сопротивления в международном дискурсе Республики Молдова. Аппарат президента может стать инициатором изменений. Министерство иностранных дел по собственной инициативе инициатором точно не будет!..

Но глава государства вправе направить МИД в новое русло, на то есть конституционные полномочия. Впервые у нас есть возможность — вместе с Майей Санду — увидеть, как на практике, а не в теории происходят изменения.

Vezi comentarii

XS
SM
MD
LG